Т>*Т r );:il 483 ШАШКОВЪ, С. С. 484 Г' \ ■ Ш А .,„' ..... §..... 1,1 5 V г і '^S '■' 114 \ до полнѣпшаго цинизма; ею чуть не хваетались. Но, кроыѣ этой продажности и цепзурныхъ стѣененій, реакціонному перевороту въ паукѣ п литературѣ содѣйствовало еще и то ужасное разочарованіе, которое послѣ революціи наступилосъ реставраціей. Иеутѣшательпая дѣйствительность жизпи заставляда людей отрываться отъ пея п упоситься фантазіеп въ сферы всяческаго мистпцпзла и всевозмолсныхъ вымысловь. Романтпкп увдекались среднпмивѣками и стремилиськъ возстановленію феодалыюй жизни. Іезуиты, въ родѣ Бональда и де-Местра, проиовѣдьшали реставраціго средневѣкового католпцизма. Шеллппгъ училъ, что человѣчество зпачптельноухудшилось поелѣпервобытпой эпохи, когда въ лсизпи его принимадидѣя■ тедьное участіе высшія существа «пзъ прпроды духовъ»; онъ превратидъ науку въ сумбуръ мпстицпзма,самыхъфантастическпхъвыдумокъ пнедѣпѣйшихъ аналогій. Фрпдрпхъ Шлегедь счптадъ высшпмъпдеаломъд.ія человѣчествасидячуюпраздность индуса, а въ прозябапіп иаиодобіе растенія впдѣлъ совершениѣйшую жпзпь. Возвращеніе нѣмцевъ къ среднимъ вѣкамъ, полпая содпдарность папства и имперіи, возстановленіе рыцарства и феодадизма, дворянскій сенатъ, единый для всей Гермаиіп, ■—вотъ политическіе идеалы ренегата Шдегедя. Беллетрпстпка п поэзія со своими чертямп, прпвпдѣніямп и другою средпевѣковою чепухой расчпщали дорогу недѣлымъ теоріямъ и шардаіапскпмъ фокусамъ сомпамбулизма, ыесмеризма, иагпетпзма, находившпмъ множество приверлсенцевъ въ высшпхъ слояхъ общества. Французское вліяніе въ XYIII ѣ, наполеоновское пго п освоболсдепіе отъ него породплп партію гермапофидовъ, которые съ дикою ненавистью нападали на все пнострапное. особенно па французское, ечитая пѣмцевъ шбрапнымъ народомъ, который молсетъ быть счастдпвымъ только внѣ всякаго вліяпія пностраішыхъ цивидпзацін. Нелѣпымъ патріотпзмомъгерманофпдовъловко воспользоваласьреак ція и наемная дитература, которыя, по выраженію Шерра, «всякій разъ, когда надо было противодішствовать либеральньшъ теоріямъ, начпналп толковать о «пѣмецкой вѣрностп и благочестіи», объ естественномъ исторпческомъ развитіп государства». «Вдастптелп,—писалъВерне,—которые паправляіотъ общсствеішое мпѣніе, нравствеппость и воспптиніе только къ своеп собствснной выгодѣ, нпкогда не считали добродѣтедыо ту любовь къ отечеству, которая обращается противъ впутреппихъ враговъ; папротпвъ, опипризнавалп ее велпчайшпмъ пзъ всѣхъ пороковъ и строго паказывади, какъ измѣну отечеству. Опп объявдядп лучшіімп патріотамп тѣхъ граягдапъ, которые заботплись только о себѣ и о сволхъ семействахъ, не обращая нп малѣйшаго впиманія па страданія свопхъ согралсданъ и своего отечества. Оіш награл;далп только тотъ патріотпзмъ, который возставалъ противъ внѣишихъ враговъ, считали только его добродѣтедыо, потому что онъ былъ полезепъ имъ. потомучто онъ обезпечивалъза нимп власть и давалъ имъ возмолшость иредставлять врагомъ ихъ народа всякое чужеземное правительство, которое они собирались покорить». A тогдашняя Гермаиія болыпею частіго имѣла подобныхъ властителей. Что пѣмецкія правительства предумышленно подьзовадпсь упомянутымъ патріотизмомъ для достиженія реакціопныхъ цѣлей, это пе подлелштъ нпкакому сомпѣиііо. Въ одпомъ дипломатическомъпрусскомъ документѣ того времени, напр., всѣмъ нѣмецішмъ правительствамъ совѣтуется чпритворятъся ревностно содѣйствующими упроченію иразвитію реформъ, котор/ыя необходішо изъ-подъ руки подкапывать no возможности, за исключеыіемъ реформъ, относящихся къ военпому устройству и къ пололсенію германскаго союза отпосптедьпо пноземныхъ государствъ» . Прогрессивнуюлсе партію, которая хлопочетъ о реформахъ, слѣдуетъ «подвергать въ ея прпнщшахъ, образѣ дѣйствій и органахъ косвенном[у, но энергическому гласному обсулсденію; при чемъ, для подорванія довѣрія къ этимъпринципамъ и учрежденіямъ было бы не трудно задѣть въ разсудителъныхъи здравомыслящихънѣмцахъ національное тщеславіе, выставивъ это новое ученіе исходящимъ изъ враждебнойнаціи идѣйствующкмъ вьиноземномъ духѣ». Для этого слѣдуетъ нрпнапять «талантливыхъ п благонамѣрепныхъ ііисателей, предоставпвъ имъ,—паеколько дичность кал;даго изъ пихъ представляетъ вѣрную гарантію въ ихъ образѣ мыслей,—бодѣе широкую свободу слова, не дѣлая однако вообще никакихъ существенныхъ измѣпеній въ еущсствуюпціхъ цензурныхъ постаиовленіяхъ». (Берне, I, 79—81). И не одинъ прусскій диіиоматъ, сочппившій эту записку, a вссьма мпогіе правительства, государственные люди, наемные литераторы думади точио таклсе и старадиеь денопуляризпровать констптуціонное устройство, которое они выставдяли иііоземною выдумкою, неприложимою къ нѣмцаиъ, и которое прпзнавалъ коренпымъ нѣмецкимъ первый покдоннпкъ и проповѣдпикъ его, Монтескье (Гервипусъ). Оказывадось, что всѣ нововведепія и реформы пепрплояшмы къ Германіи, что для нея лселательно и возможно только одпо національпое развитіе въ «чисто-пѣмецкомъ духѣ», т.-е. въ духѣ засгоя, столь любезііомъ для реакціонпой лпгп! Вотъ образчикъ дѣятельности этихъ псевдопатріотовъ. Одналсды гессенскій сеймъ потребовалъ, чтобы пропзведено было на вѣчныя времена отдѣленіе имуществъ, принадлеліаіцихъ курфпрсту, отъ нмуіцествъ, припадлежаіцихъ государству, п чтобы счеты по государствепномухозяйству были представлены сейму. Гессенское правитедьство, совершенно сходясь въ этомъ сдучаѣ съ ганноверскинъ, объявило такія попятія о государственііыхъ пмуществахъ: « чулъсземнымп растеніями, которыя нпкогда не акклішатизуются на германской почвѣ», и присвоиловсѣ казенныя имущества (Kammcrgut) въ полнуіо, неотчулідаемую собствепность курфирста. Во5стаповдепіе стараго катодичества, вслѣдствіе конкордатовъ католическпхъ государствъ съ паf -ѵ
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4