461 ПОУЧИТЕЛЬПАЯ ИСТОРІЯ 0 ПІіМЦАХЪ. 462 припужденъ былъ выносить веевозможныя грубости. Генцъ обходился съ нимъ, какъ съ тупымъ и невѣжественпымъ ученикояъ. «Это не годится,— кричадъ онъ па мішпстра: —вѣдь я уже говоридъ вамъ, какъ это нужно сдѣлать; я не ионпмаю, какъ вы можете такъ поступать, зная уже мое мнѣніе!» «Что этотакое?—выговарпвалъ онъ Меттернихупо другому новоду: —неужели растолковывать вамъ каждут мелочь? это никуда не годится; это нелѣпо!» Цѣлыо всей жизни Генца, цѣлыо всѣхъ его стремлеыій былп деньги да роскошь и развратъ, на которые онъ тратилъ все, что не нріобрѣталъ. Кронѣ австрійскаго жалованья, у него было много нобочныхъ доходовъ. На вѣнскомъ конгрессѣ онъ получилъ въ видѣ субсидій н взятокъ по 300 дукатовъ съкаждагодвора, 5,000 дукатовъсъфранкфуртскихъ евреевъ, всего жс большс 30,000 талеровъ. Въ 1814 г. его годовой доходъ простпрался уже до 1 4,000 дукатовъ, кромѣ экстраорднііарныхъ нріобрѣтеній. Безнравственность Генца доходнла до возмутительнаго цишшіа, u онъ нисколько не старался скрывать ее. Чувствуя, что ему иѣтъ возврата въ общество норядочныхъ людей, злобствуя на либераловъ за ненависть, презрѣніе п оскорбленія, которымпонпнаграждалиего, Генцъ мстилъ пмъ, работая на пользу реакціи, н, но собственнолу его прнзііаиііо, «дьявольскн радовался, что такъ называемыя велнкія дѣла кончішісь такъ комнчпо». Но ни эта радость, ни чувственныя наслажденія, которымъ такъ неудержимо нредавался Генцъ, не могли задушить въ немъ страхаи нодозрительности, отравлявшихъ его жизнь. Зная, какуіо ненависть возбудилъ оігь къ себѣ въ нредставитедяхънрогрессивпагоиаправленія, этотъІуда трепеталъпрн одііомъ словѣ «якобинецъ». Ностоянно занугивая власть н обществодоносаміі и выдумками о несуществовавшсіі въ Германіи «демагогической шітригѣ», опъ еамъ наконецъ сталъ вѣрить въ эту тітрнгу и дошелъ до болѣзненной трусливостн, которая развилась съ особенноіо силою послѣ того, какъ вслѣдъ за убійствомъ Коцебу Генцъ получилъ нпсьмо, угрожавшее ему смертыо. Мрачная физіоноііія, смѣдая п рѣшательная походка, большая борода, усы и бакенбардывнушптельныхъ раз- .мѣровъ —вее нугало его, всюду грезилпсь ему «пнтрига», нзмѣна, отрава, кингкалы студентовъ. Онъ жилъ въ мірѣ ужасныхъ нризраковъ и ради собственной безопаспосгиревностно ноддерживалъ дѣдо реакціонной партін, будучи въ то же время глубоко убѣждепъ въ непрочностии безуснѣшности своего дѣда. Таковы были главные представитедп реакціи, сгруннировавшіе около собя цѣдый легіонъ иодобныхъ себѣ креатуръ. Когда эта кднка захватнлавъ свои руки дѣла Евроны, началась эпоха мрачпаго застоя. Ш. Нрпзывая народыкъ войнѣ противъ Наполеона, нѣмецкія пр.іві!тельства торжествснио обѣщали дать имъ свободныя учрежденія н устроить внутреішія дѣла согласно съ новыиъ духомъ времепп. Такія же обѣщанія давалнсь и касателіно мелсдународныхъ отношеній. Между прочимъ было обѣщано, что «націи съ этихъ поръ будутъ взаимно уважать свою независимость, что ни одію политическос зданіе не воздвигиетсяна развадинахъгоеударствъ, прежде бывшихъ независнмыми, что цѣль войпы и мира состоитъ въ томъ, чтобы защищать права, свободу п независимость народовъ». Но когда онасностьминовала, обѣщанія были забыты, и реакція вошла въ свою обычную колею. Всѣ были рады, что возвращается доб])ое старое время! Съ колокольныыъ звономъ, съ музыкой, съ веселымп иѣснями, съ благодарствепными молебнами, прп торжественныхъзвукахъ Те Deum, съ громомъ пушекъ, съ оелѣпительнымиилліомиііаціями и фейерверками, съ танцами п оргіями етарая, беззубая, рабовладѣльческая Европа ираздіювала свою побѣду надъ революціей. Главное нразднество было устроено на берегахъ Дуная. Государь и миішстры, поны н дипломаты, актерып шпіопы, фигляры и философы, повара и проститутки, банкиры п иаголодавиііеся въ пзгнаніяхъ бары, гсрои послѣднихъ войнъи оставлеппые за штатомъ маленькія величества, ироиовѣдиикимпстпческііхъ бредней и мастера государственныхъ нроектовъ, карточные пгрокп п литературныемазурики—всѣ стремпдись въ Богоспасаемыіі градъ Вѣну. И былъ здѣеь ниръ ведикій. піумный, блистательный ниръ реакціонеровъ. А между тѣмъ, средпэтихъпировъ и банкетовъ слыніались вовсе не праздничпыостоны и жалобы народа. Авсгрійскія провннціи разорены; нѣтъ хлѣба, нѣтъ скота, нѣтъденегъ; въ однпхъмѣстахъ голодъ, въ другпхъ тифозная эппдемія, и всюду страшііая дороговизпа, нищенство; въ Трансильваніи нѣсколысо тысячь народа погибаетъголодноюсмертыо; 50,000 инвалидовъ побирается по міру; имнерія потрясенаслучившимся за три года до того государственнымъ банкротствомъ. Но стоитъли заботиться о такихъ пустякахъ! И никто не заботится, а пмператоръ Францъ тратитъ на угощеніе своихъ дорогихъ гостей 30,000,000 гульдсновъ п нотомъ собпраетъ ихъ съ народа носредствомъ военныхъ комапдъ. «Всѣ велпкіе резульТатыконгрссса—пишетъ въ своемъ дневникѣ Ностицъ—въ концѣ концовъ сводятся яа ту же торговлю человѣческішн душами, которая нреобладалана аугсбургскихъи регенсбургскихъконференціяхъ, когда дюневильская медіатпзація раздѣляла страну по кусочкамъ. Все это ничѣмъ не лучше того, что дѣлалъ Наиолеонъ». «Всѣ вращаются въ той же дилеммѣ своекорыстія, черствоетп п ограниченности. Дурные п посредственные министры заправляютъ бозправствепной политпкоп и, не обращая нпкакого вниманія на народъ, мѣрятъ все на свой дрянной ариіинъ>\ «Настало время ничтожества, время посредственностей,—нисалъШтейнъ,—всѣ они вылѣзаютъ впередъ и запимаютъ свои схарыя мѣста; тѣ же, кто всѣмъ жергвовалъ для дѣла, забыты п устраиены». Данныя въ минуту опасности обѣщанія былп парушены. Вліятельные члепы конгресса заботи- ■ %
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4