■ 31 ШАШКОВЪ, С. С. 32 п' пейскихъ странахъ, сохранявпіихъ еще крѣпостное право, правителии господа народа, пользуясь его силами для ниспроверженія наполеоновскаго ига, старались попрежнему удержать его въ рабствѣ. Въ августѣ 1811 года испанскіе крестьяне были освобождены и вся странаприняла этумѣру съ восторгомъ и ликованіемъ; только дворянство и духовенство, недовольныя ооверіпившейся рефорион ц оиустогаевіемъ своихъ кармановъ, еще бодѣе, чѣмъ дрежде, стали употребдять всѣ усилія на иротиводѣііствіе новоыу духу. Ыо ихъвремя еще не пришло. Кортесы освободилп яечать отъ угнетавшихъ ее стѣсненій, уничтожилиинквизидію, создали и ввели въ дѣйствіе демократическую констптуцію 1812 года. Въ силуэтойконституціа, всѣ верховныа права принадлежатъодному совъ, послѣдніе принуждены были признать неприкосновеннымивсѣ традиціи католпцизма, кромѣ уничтоженнойими инквизиціи. Взамѣнъ посдѣдней, судъ надъ еретиками былъ вредоставленъ епископамъ, безъ дозволенія которыхъ нельзя было печатать ничего о религіи, а единственнойдозволенной религіеп оставался попрежнему католицизмъ. Но и при этихъ уетупкахъ духовенство немогло прпыириться съ либеральнымикортесами, отнявшими у него пнквизидіго и опору королевскаго самодерлсавія. Попы и ыонахи начиналиуже открыто бунтовать противъ ^ововведеній и нривлекатькъ себѣ посдушную имъ невѣлсественную массу. Помѣщики, лишенные своихъ господскихъ правъ. растлѣнное чиновничество, всѣ, кому такъ хорошо и привольно яшлось при старыхъ псгрядтолысо народу, которыи самъ издаетъзаконы, не- кахъ, соединялись съ духовенствомъ и, составивъ обходимые для защиты свободы и благосостоянія каждаго. Иародъ не мозкетъ быть собствеиностью ни отдѣльнаго лица, ни какой бы то ни было фаыиліп. Онъ облекаетъ короля исполнительпою властью. Безъ согласія кортесовъ король не можетъдаже ни жевпться, ни выѣзжать за границу. Еортесырасноряжаюгся престолонаслѣдіемъ и воспитаніемъ наслѣднаго прпнца. Въ случаѣ неспособности короля илп нарушенія имъ своей клятвы въ вѣрностн коястптуціи, кортесы нпзлагаютъ его. Послѣ тиехъ veto, налолгеныыхъкоролеыъ на постановленіе кортесовъ, это постановленіе дѣлается закономъ и безъ королевскаго согласія. Въ онрсдѣленный срокъ кортесы собираются саып собой, даже если ихъ не созываетъ король. і!о вреия ихъ роспуска ихъ замѣняетъ избранная иин комиссія. Въ кортесахътолько одпа палата, чденоыъ которой можетъ быть каждый исианецъне моложе 25 лѣтъ, а пзбирателемъ калсдый испанецъ пе молоасе 21 года. Гараптируя независимость суда н мѣстнаго самоуправленія, конституція освящала неіірикосповепность лпчности отъ произвола, вводила равенство податей ц повипностей меясдусословіямп и, требуя коренного преобразованія всей систеыы народнаго просвѣщенія. постаиовляла, чго первопачальное образованіе доллшы получать всѣ испанцы. Паконецъ, эта конституція, распространяясь на колоніи, уравнивала послѣднія съ метрополіей. Все, что было либеральнаго какъ въ Иснаніи. такъ п въ остадьноп Европѣ, все нреклопялось передъ этой констптуціей, за введеніе которой въ Португаліп, Спцилін, Неаполѣ, Сардиніи бидись туземные революціонеры п которая была идеаломъ исианскихъ либераловъ вплоть до 1848 года. Зато всѣ ретрограды, всѣ сторонники и эксплуататоры рабства, начиная съ Оосоногаго монаха, агитировавнгаго чернь въ предмѣстьяхъ Мадрида или въ горахъ Бискайи, до иностранныхъдворовъ, — всѣ былн противъ испанской конституціп. Дал>-е въ самыхъ учредитедьныхъ кортесахъ реакціонпая партія. уже заявляла себя совершспно открыто и очень эпергично противъ поваго порядка. Благодаря этой оппозиціи, бдагодаря начпнавшейся уже пропагандѣ поповъ объ еретичествѣ кортепартно такъ называемыхъ рабовъ, раскинули по всей странѣ сѣти реакціоннаго заговора и лсдали только удобяаго момепта, чтобы начать борьбу на жизнь и смерть съ обновителямисвоего отечества. Фердинандъже, посвящавшій все свое время ханжеству, разврату да бесѣдамъ съ своими камердинерами, постоянно мечтавшій о побѣгѣ и въ то аге время пресмыкавшійся передъНанодсопомъ, Фердинандъ не только согласилсяна конституцію, но дажеярпнесъ предварительнуюприсягу на вѣрность ей и отнравился, по опредѣленному кортесамимаршруту, въ Мадридъ, гдѣ онъ обязанъ былъ торлсественно присягнуть конституціи и затѣмъ только вступить въ свои права. 22 марта 1814 года «возлюблснный» вступидъ на пспанскую почву и былъ восторлсенно принятъ рабами, а кортесы преднисали устроить всюду благодарственныя модебствія п илдюминаціи. Чѣиъ далѣе угдублялся король во внутренность страны, тѣмъ болѣе убѣлададся онъ, что вся народпая ыасса стоитъ за старый норядокъ п знать не хочетъ конституціи, которой не зиадъ ни король, ни его друзья, такъ какъ они не потрудились даже прочесть ее. Ыародъ, агитируемый монахами, возилъ карету короля на себѣ, преклонялъ кодѣна, довергался во прахъ и заявдялъ передъ «волделѣнныиъ» тѣ фанатическія чувства покорности, которыми давно уже славидась испанская нація. Въ то же время монахи и рабы не переставади впушать королю рѣшимость покончить съ констптуціей и приготовдяли къ перевороту народояаселеніе Мадрида. Мовапіеская газета «Атадайя» разжигала народный фанатизмъ противъ всѣхъ либераловъ, «этихъвраговъ Бога и человѣчества, жедавшихъ исііоренить католпческую редигію, разрушить тронъ и истребить патріотовъ». Сиды и упорство реакціонеровъ были такъ велики, ,что дибералы совершеппо растерялпсь и не знали, что предпрпнять для своей самозащиты. Фердинандъ разогналъ кортесы, отмѣнилъ конститудію, брисилъ въ тюрьыы двадцать диберальныхъ депутатовъ, a чернь, нредводимая монахами, неистовствовадапо улпцаиъ Мадрида. сояшгала конституціонныя доски, опустошалазданіе кортесовъ, осаждала тюрьZ7^ V L
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4