417 РУССКІЯ РЕАКЦІИ. 418 изводилоеь слѣдствіе, насталъвоенный судъ. Генералъ Скобелевъ самъ предлолсидъ себя для производства наказаній. Военныя поселенія были наказаны почти поголовно шпицрутенами, кнутами и розгами. Многіе были наказавына смерть. «Наказанія» —разсказываетъ священникъ Воиновъ-—■ «производились частію въ Новгородѣ, частію въ штабахъокруговъ, на мѣстахъ преступленій, при еборѣ всѣхъ поселянъи ихъ семействъ. Сцена на ялацу во время наказаній была шумна и ужасна. Удары кнута и бичеваніе шпицрутенами съ воплемъ истономъбичуемыхъраздавалиеьпо штабу, но крикъ кантонистовъ и визгъ женщинъ подъ розгами заглушалъ и покрывалъ все. Поеедянкамъ казалось, какъ онѣ ^увѣряли виослѣдствіи, что грѣхи ихъ изъ-подъ ударовъ вылетали изъ тѣла и поднпмались въ видѣ брызжущаго пара. Призванный въгоспитальныя ^палаты для пріобщенія наказаиныхъ св. тайнами,я былъ свидѣтелемъдругой етрашной сцены: отъ етона и вида обнаженныхъ частейнаказанныхъпричетникъмой растерялся и оставилъ меня одного подавать наказаннымъ разную помощь, Палаты наполнялись глухимъ стономъ; трогательны и лоразительныбыли обращеыія ко мнѣ раскаявшихся. Иной взывалъ съ жалкимъ воплемъ и рыданіемъ: «батюшка, не послушали мы вашей молитвы»; иные клялись и дополняли на духу безъ утайки нризнаніе въ томъ, въ чемъ не были уличены и не признавались на допроеѣ. Наконецъ изнемогъ и я, и посладъ смѣнить себя младшимъ священникомъу. Многіе умерли во время или послѣ наказанія; тысячи были сосланы въ Сибирь и въ арестантскія роты; выслуяшвшіе свой срокъ уволены въ отставку на родину. Въ штабахъ помѣщены гвардейскіе полки. Тишина и уныніе водворились въ посе.іеніяхъ. Въ 1832 г. военные поселенцыбыли обращены въ пахотныхъ солдатъ и обложены оброкомъ. Въ началѣ настоящаго царствованія были уничтоженыпослѣдніе слѣды аракчеевскойСпарты. Черезъ три года послѣ возмущенія, умирадъ въ своемъ Грузинѣ графъ Аракчеевъ, спасшійся во время бунта бѣгствомъ. Для дворни, для бывшихъ при немъ офицеровъ, для всѣхъ къ нему близкихъ кончина его была праздникомъ, и у лололсеннаго на столъ его трупа подчиненные его съ громкими возгласами радости, даже со стаканами шампанекагоЦвърукахъ, праздновали смерть ненавистнагочеловѣка. Всеобщая ненависть обезсмертила Аракчеева и аракчеевщину; но эта ненависть мало имѣетъ въ себѣ разумнаго; это ненависть къ личности и дѣламъ ея, а не ненависть къ принципу. представителемъ котораго былъ Аракчеевъ, не раціональная вражда къ тѣмъ условіямъ, которыя порождаютъ подобныхъдѣятелей и даютъ ииъ возмпжность выдѣлывать надъ людьми такіе эксперименты, какъ, напр., отученіе ихъ отъ пищи или превращеніе ихъ въ автоматовъ, управляемыхъ фельдфебедемъ. Военныя поселенія были только самымъ крупнымъ изъ подобныхъ государетвенныхъ экспериментовъ, которые повторялись чуть т. н. не на каждой страницѣ нашей исторіи п возможность которыхъ устранится только съ полнымъ развитіемъ обществеяной иниціативы. Опасенія, постоянно возбуждаемыя европейскими революціямн, достигли высшей степенивъ 1848 году. Объ ихъ характерѣ, направленіи, тенденціяхъ даютъ отличное понятіе доведенныя въ 1848 г. до высочайшаго свѣдѣнія «Мысли, возбужденныя современными событіями въ Европѣ», неизвѣстнаго автора. Эти «Мыели» можно сравнить еъ запискоюКарамзина, такъкакъ онѣ были органомъ консервативнаго общественнагомнѣнія. которое въ крайнихъсвоихъ представителяхъшло даже дальше автора мыслей, доказывая, напр., необходимость закрыть всѣ универеитеты и т. п. Читатель, вѣроятно, не носѣтуетъ на насъ, еели приведемъ подробныя выдержки изъэтихъ «Мыслей» . «Тревожное состояніе нолуміра въ настоящее время возбуждаетъ тяжелые вопросы...Гдѣ предѣлы этой заразѣ духа, болѣе смертоносной, чѣмъ холера и чума, этимъпопыткамъ безумія мечтателейи замысламъзакоснѣлыхъ злодѣевъ ниспровергнуть встоду порядокъ, возмутить всѣ страсти человѣческія и перепутатьвсѣ права, обязанности и отношенія народовъ, нравительствъ и лицъ? Какая охранная цѣпь стражи можетъ воспрепятствовать теченію этой заразыдуха? Какъ удержать на границѣ Россіи отголоски соблазнительнагоученія о волѣ, равенетвѣ и братствѣ? Правда, смыслъ этихъ обольстительныхъ словъ уже разгаданъ во Франціи: это грабежъ, убійства и самоуправство слѣпой толпы, уничтоженіе узъ семейнаго быта и права собственности, труда и заслугъ, установленіе преимуществъ прэздности. буйства и безстыдства...» Доказывая, что сѣмена этой заразы посѣяны уже и нарусскойпочвѣ, авторъ принимаетсяпрежде всего за боровшіяся тогда мезкду собою литературныя школы западниковъ и славяпофиловъ... «Когда опи (сдавянофилы) шумятъ: зачѣиъ Петербургъ—Петербургъ, а неПетроградъ, и т. п., тогда они или смѣишы, или идутъ къ одной цѣли съ западниками, къ безсильному желанію переиначить все въ Россіи, къ желанію, однакожъ внушаемому пламенною, хотя и неразумноюлюбовью къ отечеству... Потому-то западники и опасны своимъ безусловнымъ поклоненіемъ Европѣ. Забывая, что въ Россіи преждевсего надо быть русскимъ, они плѣняются всѣми новыми мысляминѣмецкихъи французскихъ писателей и, представляя заблужденія свои толпѣ, увлекаютъ за собою безотчетномолодежь, всегда пылкую и неопытную». «Вотъ первыя сѣмена заграничной заразы. Къ нимъ можно присоединить большое еще пристрастіе у насъ къ учителямъ, наставникамъ, дядькамъ, нянькамъ, даже унравитедямъ, поварамъ, горничнымъ, портнымъ и портнихамъи т. п. изъ иностранцевъи иностранокъ...» ...«Можно принять такія мѣры; <Л. Относителто мудрствованій Запада, Установить преподаваніе нравственно-христіан14
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4