411 ПІАШКОВЪ, С. С. 412 нападкамъна литературу, въ которой Шпшковъ й сму подобные видѣли причину зла. «Вотъ что надѣлали вагаи поэты», говорилъ послѣ 14 декабря Жуковекому одинъ генералъ, на что Жуковскіп дпвольно остроумно отвѣчалъему: «скажителучше, вашн эполеты, ваше п—во!,.» Ретрограднаяагптація однакожъ не оказывала на высшія сферы такого вдіянія, какое лселалоеь разнымиШишковьши. Но тревожиое систояніе умовъ все-такиподдерживалось рядомъ событій, вводившихъ въ недоразумѣніе относительноихъ значенія въ дѣлѣ русскаго общеетвеішаго развитія. Цѣлый рядъ крестьянскихъбунтовъ, вызвавшихся крѣпостнымъправоыъ, возстаніе Польши. бунтъвоенныхъпоселянъ, іюдьская революція во Франціи, такъ называемый бабій бунтъ въ Севастополѣ, холерное возмущеніе въ Петербургѣ, картофельные бунты въ разныхъ мѣстахъ, постоянные революціонные происки поляковъ, бунты крестьянъ остзеискихъ, обширныйзаговоръ политнческихъпреступниковъ въ западной Сибири, общество Петрашевокаго, наконецъ февральская революція и вызванныя ею революціонныя вспыики во веей Евроиѣ,—всеэтовъ продолженіе цѣлыхъ трпдцатидѣтъ поддерживало тѣ печальаыя иедоразумѣнія, которыя были такъвыгодпызащитеикамъкрѣностногоправа, откуповъ, стараго судопроизводства и т. д. Польскія и европейскія волпенія вовсе не отражались, да и не могли отражаться на русекой жизни, а всѣ чисто русскіе бунтыи движенія быливполнѣ чуждыкакихъ бы то нибылореволюціонныхъ ііроисковъ п диберальныхъ вліяній. Мы остаяовиыся здѣсь на холерномъ возыущеніи въ Петербургѣ и на бунтѣ военныхъ иоселянъ. Относительнохолернагобунта достаточно будетъ привестиздѣсь выдержки пзъ письма Жуковскаго. «Петербургскоенародонаселеніе, испуганное распоряагеніями, по необходиыостипринятымидля того, чтобы остановить развитіе холеры, а Мроісергг быть, инастроенноенѣкоторымизлонамѣреннъгми людьми (!!!) и, во всякомъ случаѣ, побуждаемое варварскимъ невѣжествомъ, произвело мятежъ въ Петербургѣ. Кричади объ отравѣ, обвиняли докторовъ, что они хотятъ воспользоваться Богъ знаетъчѣмъ. Напослѣдокъ, на одной изъ петербургскихъ площадей собралась толпа тысячъ въ 5 или 6. Кидаютсявъ одну больницу, находятъ тамъ несчастнаго доктора въ то время, какъ опъ нодавалъ помощь умиравшему отъ холеры. Его убиваютъ. Болышца опустошена; больпыхъ разносятъ съ ихъ постелямипо домамъ, изъ которыхъ они поступили въ больницу. Полиція ничего не моясетъ сдѣлать противъ мятежа; но появляются войска, и сходбище разсѣяно. Весь Петербургъ въ трепетѣ; ждутъ общаго возстанія. Извѣщенный о пололсеніи дѣлъ, имнераторърѣшается ѣхать въ Петербургъ... Онъ прибылъ. Зловѣщія донесенія встрѣчаютъ его. Онъ садитсявъ коляску п направляется по самымъ ыноголюднымъ улицамъ прямо къ тому мѣсту, которое наканунѣ было театромъ безпорядковъ. Безчисленнаятолпабѣжнтъ за нимъ; нѣсколько разъ онъ остапавливаетея для разговора съ тѣми, кто тѣснился вокругъ самой его коляски. Наконецъ, доѣхавъ до пяощади, онъ останавливается возлѣ церкви, окруженный толпою въ 20—25 тысячъ человѣкъ. Тогдаонъ встаетъ... Вотъ слова, имъ произнееенныя: «Вѣнчаясь на царство, я поклялся поддерживать порядокъ и законы. Я исполню мою присягу. Я добръ для добрыхъ, —они всегда наидутъво мнѣ другаи отца. Ho горе злонамѣреннымъ: у меші есть противъ няхъ оружіе! Я не боюсь васъ, ваыъ ыеня бояться! Намъ послано великое испытаніе, зараза. Надо было принять мѣры, дабы остановить ея раснространеніе; всѣ эти мѣры приняты по моимъ повелѣніямъ. Стало быть, вы жалуетесь на меня, ну, вотъ я, здѣсь! И я приказываю вамъ повиноваться. Вы, отцы семействъ, люди смирные, я вамъ вѣрю и убѣжденъ, что вы всегда прежде другихъ уговорите людей несвѣдущихъ и образумите мятежниковъ. Но горе тѣиъ, кто позволяетъ себѣ противиться моимъ повелѣніямъ! Къ вамъ не будетъ никакой жалости. Теперь расходитесь!.. Но напередъслѣдуетъ примириться съ Богомъ. Если вы оскорбили меня вашимъ непослушаніемъ, то еще больше оскорбилиБогапреступленіемъ: совершено убіиство. МолптесьБогу!» Приятихъ словахъ онъ обнажилъ голову, обернулся къ церкви и перекрестплся. Тогда вся толпа падаетъ ницъ съ молитвенными возгласами. Имнераторъ уѣзжаетъ, а народъ тихо расходится... И съ этой минуты все пришло въ порядокъ». (Р. Арх., 1866, 343— 346). Характеръ бунтаясенъ изъодного этого письма, но даасе самъ Жуковскій, подъ вліяніемъ умонастроенія той среды, въ которой онъ вращался. не прочь,:;былъ'і;иредполагать,тутъ нодстрекательства «злонамѣренныхъ людей»... Бунтъ военныхъ поселянъ былъ естественнымъ результатомъ угнетавшей ихъ аракчеевщпны. II. Исторія военныхъ поселеній есть исторія бунтовъ, которые начавшись съ':'первыхъ же лѣтъ, закончились катастрофой 1831 года. Въ 1817 г. волновалось бугское казачье войско, которое, будучи обращено въ поселеніе, лишалось своихъ старинныхъ казачыіхъ правъ. Въ 1818 г. началпсь безпорядки въ новгородскихъ поселепіяхъ и въ бугской уланской дивизіи. Въ посдѣдней ожидали проѣзда государя, и поселяне, пе смотря на всевозмолшыя противодѣйствія начальства, хотѣли встрѣтить царя съ хлѣбомъ-солыо и обратиться къ нему съ просьбаыи и лсалобами. Это называдось тогда бунтомъ, и военный судъ раздѣдался съ бунтовщиками. Лѣтомъ 1819 г. начадись болѣе серьезііые безпорядкивъ подкахъ чугуевскомъ, таганрогскомъ й въ Харьковѣ. Поселяие отказывадись отъ работъ п шумѣли. Никакія увѣщанія пе помогали. «Нехотимъвоеипаго поселенія», кричали солдаты, женщины и дѣти. «Не хотимъ военнаго поселенія, оио не иное что, какъ слуясба графу Аракчееву, а пе государю; а Аракчееву
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4