■.-»-" . ч. -Ал»гл 39; РУССКІЯ РЕАКЦІИ. ;-і98 наторъ Муравьевъ. Въ мнѣніи Муравьева Шигаковъ видѣлъ что-то бунтовское, и государь вполнѣ соглашаетсясъ нииъ, но въ то же время «тихимъ образомъ призывалъ онъ къ себѣ Муравьева и благодарилъ за поданный имъ въ сенатѣ голосъ»!.. (Зап. Шишкова, 107). И онъ поступалъ такъ очень часто. Въ войнѣ 1812 года, въ неимѣніи у себя дѣтей. въ яетербургекомънаводненіи, — во всемъ видѣлъ онъ Божіе наказаніе за свои грѣхи: воспоминаніе о событіи, непосредственнопредшеетвовавшемъ его воцаренію, отравляло вею его жизнь. (Varnhagen, Blatter). Онъ каялся и молился; страшась общественныхъ движеніи, совершавшихся тогда въ Россіи, онъ вполнѣ сознавалъ, что они въ значительнойстепенивызваны имъ же сампмъ. Всѣ его идеалы были разбиты, и, отнравляясь въ Таганрогъ, онъ уже умеръ нраветвенио. Онъ мечталъ раньше облагодѣтельствовать Россію кореннымн реформамии, отказавшись отъ престола, наслаждаться издали созерцаніемъ счастія своего свободнаго и просвѣщеннаго отечества; а надѣлѣ вышдо, что, не совершивъ и сотойдолп задуманнаго, оставивъРоссію върукахъАракчеева, онъуѣзжаетъ умирать въ Таганрогъи здѣсь, на смертномъодрѣ, получаетъ окончательный ударъ въ извѣстіи о томъ, что, оиираясьнаего имя, его любпмыи другъ, по случаю убійства своей любовшщы, засѣкаетъдо смертисовершенно невинныхълюдей... Его гуманное сердце было совсѣмъ разбито этимъизвѣстіемъ. Менѣе горькую, но подобную же судьбу испытали и всѣ его прежніе сотрудники. Строгановъ, Чарторижскій, Новосильцевъ были не у дѣлъ; Сперанскій совершенно «исправился» въ своей ссылкѣ, палъ нраветвениои угодничалъ передъАракчеевымъ, Объ общественномъ развитіи офиціальнымъ путеыъ пока нечего было и дуыать. Но заглушался только его шуиъ,а само оно не останавдивадоеь, Литература была поставленавъ такое нололсеніе, что гласное печатное обсужденіе вопросовъ, волновавшихъ умы, было невозможно въ требуемой степени, и эти вопросы разрѣшались, помимо литературы, въ тѣхъ прогрессивпыхъкружкахъ, которые началиповсюду возникать послѣ 1815 г. Не доводьствуяеь иіэтистическойфилантропіей масонства и библейекихъобществъ, эти кружкя съ перваго же раза приняли практичеекое нанравленіе. Ихъ члены заботилисьо грамотности,заводили ланкастерскія школы, хлопотали о смягченіи жеетокой военной дисциплины, развивали солдатъ. «Эти благородныя души, —говоритъ Тургеневъ,— которыя впослѣдствін хотѣли цѣною всѣхъ жертвъ пробудить евое несчастное отечество отъ закоснѣнія, въ какомъ оно было погружено... Ревностно заботились о томъ, чтобы найти средства стереть весь позоръ, прекратить всѣ бѣдствія своего отечества; ихъ первыя размышленія кончились проклятіями и противърабства крестьяиъ, и противъ жестокостейвоеннойдисциплины. Я видѣлъ, какъ эти молодые люди, презирая всѣ выгоды своего общественнаго положенія, богатетва, цредпочитали тяжкую казармеинуюжизнь милостямъ и удовольствшмъ двора или развлеченіямъ и пріятностямъ яутешествія... Что сталось съ ниии, нраведное небо!.. Надо имѣть вѣру во что-нибудь, чтобы не быть уничтожену, когда видишь, что такая преданность и такоесамоотверженіекончаютсятакимъ несчастьемъи такимибѣдствіями». (Пыпинъ; Тоигgueneff, II, 511—514). Нѣкоторыс поступади на незначительныя гражданскія должностп, съ цѣлью служить прииѣромъ безкорыстія и справеддивостн. Таковы были ПущинъиРылѣевъ. Даже Гречъ говоритъ о поелѣднемъ: «онъ слуяшлъ усердно и честно, всячески старался о смягченіи судьбы подсудимыхъ, особеннопростыхъ, беззащитныхъ людей». (Р. Вѣстн., 1868, YI, 377). Нѣкоторые посвящали всѣ своп заботы, все свое время удучшенію крестьяаскаго быта, освобождали своихъ крѣпостныхъ, какъ, нанр., Якушкпнъ. (Р.Арх., 1870, 1658)ЛІа направденіе этихъ людей имѣлъ сильное вліяніе «Союзъ добродѣтели», —нѣмецкое патріотическое общество, существовавшее съ вѣдома правитедьства. Прогрессисты начали организоваться въ такія же общества и тоже съ вѣдома, хотя и безъ офиціальнаго дозволенія правитедьства, которое — говоритъ Тургеневъ—«въ это время внушало вообще такъ малонедовѣрія и, повидимому, такъбыло расположено поощрятъ спасительныя преобразованія, что основателиобщества разсуждали о томъ, не сдѣдуетъ лп имъ просить о содѣйетвіи правитедьства. Только опасеніе, что ихъ намѣренія бу~ дутъ истолкованынеправильно, побудидо ихъдѣйствовать безъ помощи и безъ вѣдома императора». Александръ однакожъ зналъ обо всемъ и вплоть до смертине трогалъобществъ, которыя долго руководились вполпѣ легальными стремленіями и имѣли совершенно мирный характеръ. Мезкду крулжамп сначалане было никакой связи, кромѣ иравственной, состоявшей въ желаніи дѣйствовать въ нользу общественнагоразвитія. До какой степени были невшшы въ подптическомъотношеніи эти кружки, можно видѣть изъ разсказаЯкушкина объ офицерской артеливъ семеновскомъполку. «Человѣкъ 15 или 20 офицеровъ сдолшлись, чтобы имѣть возможность обѣдать каяідый день вмѣетѣ; обѣдали же не одни вкладчики въ артель, но и всѣ тѣ, кому но обязанности службы приходилось проводпть цѣлый день въ подку. Послѣ обѣда одни играли въ шахиаты, другіе читаліі всдухъ иностранныя газеты ті слѣдили за происшествіями въ Европѣ». Первою попыткою дать этимъ кружкамъ какую-нибудь правильную организацію было основаніс «Союза благоденствія», по образцу нѣмсцЕаго Tugendbund'a. У либераловъ, входившихъ въ этотъ союзъ, политическія цѣли стояли навторомъ планѣ, они не жедалипроизводить никакихъ существенныхъ иеремѣнъ въ государственномъ порядкѣ и, надѣясъ, что всѣ реформы будутъ произведепы правительствомъ. хотѣли только помогать его лпберальнымъ планамъ и содѣііствовать осуществлепііо либеральныхъ идей, такъ явно иокровительствуеиыхъ правительствомъ въ первую половипу царствоианія. щ я ''w\ ~ " ir-;mmt.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4