391 Ш А ІІІ КОВ Ъ, С. С. 392 мя задворками лерепосился со стола на столъ въ другіе доиа... Но народъ емотрѣлъ на военныя поселеаія пначе; они возбуждали въ немъ ужасъ; отправлялись депутаціи и составлялись прошенія «о защитѣкрещенаго иарода отъ Араиеева». Въ нѣкоторыхъ мѣстахъ жители силою противидись введенію у себя аракчеевщины; для обращенія въ поседянъ бугскихъ казаковъ, напр., потребовались одинъ пѣхотный и два каважерійскихъ полка съ четырьмя пушками. Во всѣхъ мѣстахъ, гдѣ не было поселеній, крестьяне боялпсь подвергнуться участивоенныхъ поселянъ. Посѣщеніе государемъ дальнихъ губерши внушало соішѣиія п страхъ велѣдетвіе разпеешихсяслуховъ, будто бы «онъ осматриваетъ мѣста, предназначепныядля военныхъ лоселеній» . Отвращеніе народакъ военнымъ посрленіяыъ Аракчеевъ объяснялъ государю глупостыо крестьянъ и интригою враговъ обл];ественнаго порядка, которые снились елу повсюду. Фотій называлъ графа «защитнпкомъ вѣры и отечества», и его сіятельство самъвыставлялъ себя архистратигомъземли русской. а свои поселенія—иадеяшѣйшею оаорою алтаря и трона п вмѣстѣ съ тѣмъ залогомъ будущаго благоденетвія россіянъ. Онъ зналъ, ч;то солдаты и поселяне ненавидятъ его, онъ зналъ, что въ поселеніяхъ то и дѣло вспыхиваютъ бунты, что его спартанцыдоходятъ до отчаянія, что крестьяне готовы сдѣлать все, чтобы только избавиться отъ его власти. Но, къ несчастію, онъ обладалъ двумя свойствами, которыя, будучи соединены въ одной и той же личности, всегда дѣлаютъ ее вредаой для общества,—онъ обладалъ скорбной головой и желѣзной энергіеи. Порядокъ, благояамѣренность и безопасность го - сударетваотъ впѣшнихъ и внутреннихъ враговъ были, по мнѣнію ретроградовъ, водворены, но подъ паруясяымъ покровомъ ихъ совершались ужасиыя вещи, о которыхъчастію зналъ, частію не зналъимператоръ. Крѣпостное право свирѣпствовало попрелшему, и, по заявленіюсамогоАлексаидра, помѣщичьи крестьяне были разоряемы до того, что не имѣли никакоисобственности.Торговля людьми безъ землишла своимъчередомъ, несмотря назапрещеніе государя, которыйвоображалъ, чтоеянѣтъ. «Между тѣмъ»,—нипіетъ Тургеневъ,—«противъоконъимператора, въ петербургской гражданской палатѣ, человѣческая плоть продавалась по рѣшеніямъ властей, и это было въ двухъ шагахъ отъ жилища самодержца, который думалъ, что продажа людей ноодииочкѣ давно заирещена». Безпорядки и злоупотребленія. взяточничество и казнокрадство, жестокостии насилія были всеобщими, н Александръ не находилъ средетвъ для ихъ уменьшенія. Онъ говорилъ однажды королю прусскому, что король ионъ самъ «окружены негодяями», что онъ «многихъ прогонялъ, но на ихъ мѣсто являлись такіе же», что измѣнить этого невозможно. Милорадовичъ доказалъ дансе продажность сената, а государь говаривалъ, что чиновники украли бы у него флотъ, гсли бы только знали, куда его дѣвать. \Ром.-Слават., 329; Богдан.,ІУ, 565—586; Ѵагпhagen; Gervinus). Чтодѣдалось въ провинціяхъ, показывастъ извѣстное тринадцатилѣтнее управленіе Сибирью генералъ-губераатораІІестеляи его друга Трескина, ознаменованноеадминистратпвными злодѣяніяии, рѣдкими дажевъ сибирскойисторіи. Во внѣшней политикѣ подчиненіе планамъ Меттерниха, ретроградаоевліяніе на дѣла Европы и въ особениости противодѣйствіе освобожденію Греціи, вмѣстѣ съ печальпымъ ходомъ внутреннихъ дѣлъ, безпокоидии смущали всѣхъ людей, искренно преданныхъ общественному благу. Но офнціальные и офиціозные представителп времени, хотя и били тревогу по поводу саыыхъ ничтолшыхъ прогрессивыыхъ движеній, коль скорозаходилъвопросъо созданпомъимипорядкѣ, противорѣча себѣ, думалии говорпли, что все обстоитъ благополучно. «Въто время», —писалъШишковъ, —«когда мы слышимъи видимъ, что почти веѣ европейскія державы вокругъ насъ мятутся и воднуются, наше благословенное отечество пребывало и всегда пребудетъспокойно. Единодушный громъ на возставшаго врага, далеко проетертыя побѣды и внутренняя среди неустройствъЕвропы тишина не показываютъ ли, что оно больше благополучно, больше благоденствуетъ, чѣмъ всѣ другіе народы?... Мы явно видимъ надъ собою благодать Божію. ДесницаВышняго хранитънасъ. Чего намъ лучшаго желать?...» VII. Выше мы уже говорили о томъ, какъ въ первую половпнуцарствованія и особепно послѣвойнъ 1812—1815 гг. либеральныя идеи овладѣли умами образованпыхъ людей. Реакціонное движеніе, боровшееся съ этиыи идеями, хотя значительно стѣснядо и пхъ развигіе, и ихъ распространеніе, но было не въ силахъ остановить ни того, ни другого. Въ литературѣ. даже въ иеріодъ саиаго ожесточеннагоцензурнагодавленія, все-такиработала самостоятельная мысль, хлопотавшая объ общественномъразвитіи. Въ 1818 г., папр., вышелъ «Опытъ теоріи налоговъ» Тіргенева, въ которомъ авторъ критпческиразбираль финансовые порядки въ Россіи п въ другихъ странахъ, указывалъ на необходииость реформъ и гласности, навредъ крѣпостного рабства. «Благо устроенноегосударство», писалъ онъ, «не должно созидатьсвоего благоденетвія на несправедливости; угнетеніе одного класса гражданъ другимъ ие можетъ быть залогомъ благосостоянія великаго и нравственно-добрагонарода. Роскошь дворянъ въ Россіи доказываетъ только то, что они нмѣютъ крѣпостныхъкрестьянъ, коихъ силами и способностями, а равно и капиталамп они по своему произволенію располагатьмогутъ. И потомуроскошь пъ Россіи болѣе печалитъ ВЕіимательнаго наблюдателя, нежели въ иностранныхъ государствахъ». Тургеневъ доказываетъ нелѣпость" крѣпостнпческпхъ опасеній, представлявшихъ неизбѣжность народныхъ смутъ послѣ дарованія крестьянамъ свободы. «Пусть сіи люди (т.-е. крѣпостники) заглянутъ въ исторію», гово- .zmtifsn, -ъ
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4