^^і. ІЪ. ___«^- V V*J V V 389 РУССКІЯ РЕАЕЦ1И. 390 ровъ. Отъ фельдфебеля до генерала всѣ счптали имущество поселянъ своею собственностью. Даже самъ Аракчеевъ въ офиціальныхъ бумагахъ признавался, что онт находилъ въ поселеніяхъ дурную нищу, сквернуюодежду, поселянъ, совершенноистощенныхъ излпшнимътрудолъ, громадныярастраты казенныхъсуммъ и т. д. Ыо Аракчеевъ выставлялъ этб частнымп, случайными злоупотребленіями и употреблялъ всѣ средства, чтобы доказать процвѣтаніе военныхъпоселеній. Онъ постоянно доноеилъ государю, что въ поселеніяхъ «все благополучно, тихо и епокопно», что цоселяне благословляютъ свою участь, что даже по пхъ наружности можно убѣдиться въ степени ихъ благосостоянія, —все это «люди прекрасные. здоровые, веселые и съ самымъ яснымъ на лицахъ душевныиъ усердіемъ». Дія прославженія своихъ дѣлъ и для доказательства, что въ поселеніяхъ процвѣтаютъ пе только матеріалъпо благосостояніе, но даже и науки, Аракчеевъосновадъжурналъ—«Семидневный листокъ военнаго поселенія, учебнаго баталіона поселеннаго гренадерскаго графа Аракчеева, полка». Полуграмотные кантонисты, безграмотные писаря, невѣжественные офицеры въ прозѣ и стихахъ началп прославлять въ этомъ изданіи геній и подвиги графа, старавшагося будто бы о «распространеніи въ любезномъ отечествѣ нашемъ корня наукъ п познаній, столь необходимыхъ для блатоустроепнагогосударства, которому оружіе доставляетъ свободу п независимость. науки же— улучпіеніе и возвышенность чувствъ». Цѣль журнала, по объяснепію одного пзъ его сотрудниковъ, состояла въ томъ, чтобы цпвилизовать поселянъ— «Во тьлѣ чтобъ видѣть ясно свѣтъ, Чтобъ въ неиъ науки, чести, сдавы, Чіобъ бдагочестьѳ, кротки нравы Цвѣли, какъ розы-крипъ вееной>. Въ «Пѣснѣ русскаго солдатаприначатіи селенія войскъ» солдатъ воеторгается свопмъ блаженнымъ состояпіемъ и поетъ: «Гооударь, всѣмъ вемдю давши, Наііъ построидъ и доыы; Ружья въ руіш тодько взявшп, Ві> дворъ ступай да и живи. Лошадей, коровъ тамъ сыіцешь, Какъ пришедъ, даютъ тебѣ, И все нужное увидншь, Все найдешь ты тамъ себѣ. Ты хопяпнъ тогда воленъ, He въ курноіі стоишь избѣ, Право, будешь веѣиъ доводѳнъ, ■ Что тутъ думать, братъ, тебѣ? Мы хозяюшекъ найдемъ тамъ, Кодь захочешь ддя оебя, Такъ объ ченъ, друзья, тужить намъ, Живъ, сударушекъ любя!..» He одни только подчиненные сочинители прославляіи графа. Все трепетало передъ грознымъ Аракчеевымъ, и хвалы ему расточались даже съ церковныхъ каѳедръ. Угодничество простиралось до того, что, когда была убпта его любовница, то въ надгробномъ сювѣ архимандритъ Фотій утѣшалъ безутѣшно скорбѣвшаго Аракчеева тЬмъ, что покойница будетъ прпчтена на небесахъ «къ сонму велпкомученицъ» *). Протоіерей Малиновскій, при встрѣчѣ въ Грузинѣ царя, уподоблялъ военныя поселенія водвореню евреевъ Іисусоиъ Навиноиъ «на обѣтованной землѣ». Но нечего удивляться льстивостпкакого-нибудь попа, ■ когда даже первые сановникигосударства, вопреки собственному убѣжденію, превозаосидп до небесъ ненавистное учрежденіе и презираемаго ими гатчинскаго капрала. Въотчетѣза 1824 г. графъ выставлялся «ведпкимъ геніемъ, который въ три мѣсяца измѣнилъ- въ крестьянскомъ населепіи прежніе буйные нравы, пороки и самые даже порывы къ дурнымъ и вреднымъ наклонностямъ». Генералъ-адъютантъЧернышевъ писалъАракчееву, что хвсѣ вообще въ полномъ восхищеніи отъ устройства, порадка, благосостоянія и обученія поселенныхъ войскъ. Всѣ торжествснноговорятъ, что совершенство въ нпхъ, какъ по части фронтовой, такъ и экономической, превосходитъ всякое воображеніе. Иностранцы не опоынятся еще отъ зрѣлища для нпхънеожиданнаго». Графъ Кочубей нризнавалод Аракчееву и докладывалъ государю, что въ сравненіи съ военными поселеніями, не принадлежащія къ нимъ земли нредставляются «какою-то варварекоюстранои». Даясе самъ Сперанскій, возвратпвшись изъ своей почетной сибирской ссылки, унизился до того, что написалъ хвалебную брошюру «0 военныхъ носеленіяхъ » . Нри такихъ обстоятельствахъи при полной довѣренности государя, Аракчееву нетрудно было убѣдить послѣдняго въ процвѣтаніи своей каторжной Спарты. Когда Александръ ѣздилъ по поселеніямъ, то были прпняты всѣ мѣры, чтобы обворожить его. На столахъ въ обѣденное время онъ находилъ хорошіе щи, квасъ и жареныхъ пороеятъ; полы въ домахъ были будто новые, потому что крестьянъ обязывали застилать ихъ въ будни рогожами. Все это было самымъ наглымъ обманомъ. Жареныи поросенокъ былъ одинъ на все поселеніе, пока имнераторъ улицею переходилъ изъ избы въ избу, поросенокъ въ то же вре- *) Настасья убита двороЕыыи людьыи, вывѳденньши изъ терпѣнія ея неішовѣрными жестокостями. Аракчеевъ приписывадъ это интригѣ враговъ общественнаго порядка! «Легко иожотъ быть. —писалъ онъ Александру, — сдѣдано сіе происшествіе и отъ посторонняго вліянія, дабы сдѣдать меня неспособныыъ служить вамъ и исполняті, свято вашу, батюшка, водю». Александръ также преднисывалъ новгородскому губернатору, «чтобы отарался дойти воѣми мѣрами: не было ли какихъ тайныхъ нанравленій и подущеніи». Такимъ образомъ, изъ саиаго обыкновеннаго случая было сдѣлано государственное нроисшествіѳ! Губернаторъ, слѣдователи и судьи повели дѣло возыутительныыъ образоиъ, захватывалп невинныхъ, пытали ихъ, нронисывалп имъ по 175, 125, 90 кнутовъ, ссыдали въ Сибирь безъ разбору! Иснравнпкъ Лядинъ и засѣдатель Мусинъ-Пушкинъ подверглись строгому ііресдѣдовапію и преданы суду «за умышленное ходатайство за нреступницу Константинону>, за то, что, видя ее береиенною, они требовади отсрочкп ея наказанія кпутомъ. При Николаѣ это дііло было нересиотрѣно, большннство осуждеяныхъ и наказанныхъ найдено невпнными, а губернаторъ и другіе раболѣпные исіюднители жестокой мести Аракчеева отданы подъ судъ. (Русск. Стар., 1871, IX).
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4