367 Ш A Ш К 0 В Ъ, С. С. 368 натѣ уединенія, дверь и овно котороп имѣли жедѣзныя рѣшетки, надъ входомъ—надпись изъ св. писанія, на одной стѣнѣ —распятіе, а на другой —изображеніе страшнаго суда. Заключенные назывались грѣшниками^ и во все продолженіе ихъ арестао нихъ приаосились общія молитвы. Арестаитаодѣвали иногда въ <рубашку, порты, лапти ц кафтанъ мужичьи>; его ежедневно посѣщалъ и усовѣщевалъ, какъ преступника, духовникъ, и только послѣ того, какъ послѣдній доносилъ, что виновный раскаялся и «до исповѣди удостоенъ св. причащенія», онъосвобождался и присоединялсякъ обществу вѣрныхъ. (Ѳеоктиетовъ, 94—100; Лажечниковъ, въ «Русск. Вѣстн.», 1866, I). Дерптскій профессоръ Парротъ, по поводу реформъ Магнпцкаго, предсказывалъАлексавдру, что <по внѣшности унпверситетъсохранитъпорядокъ, но внутри это будетъ клоака всякой безнравственности>. Ово тавъ и вышло; но только въ началѣ николаевскаго царствованія было обращено вниыапіе на печальные результатыдѣятельности Магнпцкаго, который, вмѣетѣ съ другими членами управленія, по ревизіи 1826 года, оказался между ирочимъ виповнымъ въ незаконномъ присвоеніи казенныхъ сушіъ. (Ѳеоктистовъ, 214—217), подобно другому архистратигу русской благонамѣренности, петербургскомупопечителю Руничу, который тоже оказался казнокрадомъ *). ПринципыМагнпцкаго раепространялись болѣе или менѣе на всѣ учебння заведенія. Въ 1822 г. запрещено принимать въ дерптскій унпверситетъ студентовъиностранныхъуниверситетовъ. (Сборн. Пост., I, 1521). Въ слѣдующемъ году запрещено отправлять юношество въ иностранные университеты, «содѣлавшіеся театромъ разнаго рода неустройствъ, и гдѣ молодые люди получаютъ попятія, самыя противпыя религіи и нравственности» (id., стр. 1541). Харьковсвимъ студентаыъ запрещено ходить въ театръ, ибо «молодые люди, оставаясь въ университетахъне болѣе трехълѣтъ, не имѣютъ времени заниматься театрами» (id., стр. 1600). Петербургскій университетъ въ 1821 г. былъ вполнѣ подчинепъправиламъ, составленнымъ Магницкимъ для казанскаго университета (id., 1474). Ректоръ и профессорапослѣдняго по этому случаю поздравляли петербургскій университетъ торжественнымъ посланіемъ, отлпчно характери- *.) Выгнанный изъ службы Магницкій жидъ сначала въ Одессѣ, потоиъ быдъ высланъ отсюда въ Херооиъ за доносъ на генерадъ-губернатора кн. Воронцова. Потоиъ, въ Ревелѣ, онъ писалъ отатьи въ журналъ «Радугу», «иаблюдая просвѣщеніе, т.-е. направленіе наукъ и литѳратуры но духу вреиени»; инсинуііруя на всякое проявленіе независимой мысли; доказывая. что «духъ невѣрія распространяетъ владычество свое на всѣ наукн и литературуг. Фнлософія нонрежнему навдекала на себя его саиыя злостиыя нанадки. Холодпо-боюхульиая въ Англіи, затѣйливо-руіатемная во Франціи, грубо-чуветвенная въ Испаніи, теософо-иллюминатская въ Германіи, «философія» всегда п вездѣ «р[ізрушительна>; она доводитъ человѣка до того, что онъ дѣлаѳтм «бунтовщикомъ противг всякой влаети, отъ Вога установленнойі. (Р. Арх., 1867, 1692, 1699). Страсть къ доносу воіпіа у этогв ч«ловѣпа въ плоті ■ кровь... зующимъ умонастроеніе жалкихъпособяиковъ Магницкаго. «Совѣтъ казанскагоуниверситетаимѣетъ честь привѣтствоватьсимъимператорскіп с.-петербургскій университетъ, въ духѣ братской любвп, съ распространеніемъ на него инетрукціи директору и ректору казанскаго университетатою ate высочаишею самодержавноювластью христолюбивѣйшаго государя, побѣдителя, просвѣтптеляи вѣжнаго отцасвоихъвѣрноподданныхъ, растворяющаго еудъ съ милосердіемъ, который для блага истиннаго просвѣщенія, на христіанскомъ благочестіи основаннаго, даровалъ ихъ 17 января 1820 г. казанскому университету, познающеиу на самомъ дѣлѣ спасителыюеихъ вліяніе въ просвѣщеніп къ ученію и житію древнихъ св. отецъи апостоловъ, у которыхъ сердца и души согрѣваются и оживотворяются Духомъ Святыыъ быть едино, всероссійскихъ благочестивыхъ князей и государей великихъ, іерарховъ и евятителей, которые при всемъ своемъ проевѣщеніи, смиренно полагаливѣнцы и митрысвои и съ благоговѣйнымъ страхомъ и любовію дреклоняли колѣни, умъп сердце предъ престоломъ Сущаго, Иже бѣ, и Грядущаго, Отца евѣтовъ, Агнца, заколеннагоотъ сложенія міра, искуппвшаго ихъ честноюкровію своею, сотворившаго цари и іереи, и воздавали Ему Единомувсю чееіь, сдаву, хвалуиблагодареніе>.(Р.Арх., 1871, 1729). Дьячки Магнпцкаго дѣйствовали не въ однихъ учебныхъ заведеніяхъ; посредствомъ цензурнаго карандапіа они оказывади невыносимое давленіе и на литературу, въ которой запрещалось разсуждать'нетолько о крѣпостномъ правѣ, откупахъ, важныхъ внутреннихъсобытіяхъ, не только устранялась перепечаткарѣчей и дебатовъ въ европейскихъ парламентахъ, но не допускались даже сужденія о театрахъ,—сужденія, «которыя позволительны только тогда, когдабы театры и актеры зависѣди отъ частнаго содержателя, а не находидись въ службѣ его величеетва». Прогресспвная литература подаергалась до того нелѣпьшъ доносамъ, что даже возмущеніе крестьянъ херсонскаго помѣщика Кочубея, было приписановліянію одной, помѣщенной въ «Историческомъ Журналѣ» статьи, въ которой самымъ умѣренныыъ тономъ говорилось о крѣностномъ нравѣ. (Пятковскій, ЖурналистикаприАлекс. I). Даже адмиралъ Шишковъ возмущался иногда гасильническоюревностью цензуры; доходившею до глупости. Онъ разсказываетъ, напр., слѣдующій апекдотъ. Въ стихахъ: Что въ мірѣ инѣ, гдѣ все на мигъ, Что въ мірѣ, гдѣ смерть п рокъ —цари! Цензору показадось возмутительнымъ слово рокъ, онъ вычеркнулъ его, и послѣдній стихъ, вслѣдствіе этого, получилъ дѣйствительно возмутительныйсмыслъ: Что въ мірѣ, гдѣ еиерть и цари! (P. А.., 1865, стр. 1114). Цензурныя неистовства того времени до того интересны и поучительны, что мы остановимся на нихъподольше, пользуясь превосходными «Матеріаламидля исторіи русскойцензуры», поиѣщен ■я^дчр
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4