j >.--' ^i^____»______ib. 357 русскія сленныхъ проводниковъ къ намъевродейской реакціи, только однимъ изъ наставииковъи руководителейнашихъ реакціонеровъ. Русскіе ретрограды обыкновенно укоряютъ нашихъ прогрессистовъвъ рсбяческой подражательностиЗападу, но если разсмотрѣть безарастрастно исторію общественныхъ идей въ Россіи, то излишество подражательности оказывается не на сторонѣ прогрессистовъ, а на сторонѣ ихъпротивниковъ, и притомъподражательности старческой, тупой, машинообразной. Возьыите хоть тѣхъ же реакціонеровъ александровской эпохи, и вы увидите въ нихъ ни болѣе, ни менѣе, какъ мало способныхъ учениковъ европейскихъ ретроградовъ, въ родѣ де-Местра, который иыѣлъ вліяніе и на представителейнашего барства, я на министра Разумовскаго, и на самого Адекеандра, который увлекался его докладныыи записками и говорилъ: «я знаю, что онъ мыслитъ хорошо и къ намъпривязанъ». (Морошкинъ, П, 501). Магницкій выработаіъ изъ себя такого же іезуита, какъ и де-Местръ, и его сочиненія были почтиперифразомъ памфлетовъ послѣдняго. Таковъ же былъ и Стурдза. Когда ыинистромънароднаго просвѣщенія сдѣлался Голицынъ, то министерство наполнилось подобными іезуитамии мистиками, въ родѣ Магницкаго, Рунича, Лаваля, Фитингова и Берегейма, и черезъ двухъ послѣднихъ подчинилось даже вліянію извѣстной баронессыКрюдяеръ. Началась увертюра реакціи. Добродушный Голицынъ, поклонникъ всевозможныхъ мистическихъ сектъ, даже хлыстовщины, покровительствовалъ всѣмъ имъ и старался вести дѣло народнаго просвѣщенія «въ духѣ священнаго союза. » Ханжи и пустосвяты, всевозможные религіозные шарлатаны и сумасброды, іе.іуиты и хлысты, масоны и раскольники развернудиеь совершенно свободно. Литература превратилась въ «цѣлое море душеспасительныхъ ішигъ>, какъ выражался Невзоровъ. Самымилиберальнымидѣйствіями этого министерства были допущеніе извѣстной вѣротерпимости и учрежденіе библейскихъобществъ, которыя возникали всюду во множествѣ, распространяя библію на всевозможныхъ языкахъ и объединяя въ этомъ дѣлѣ людей всѣхъ христіанскихъ исповѣданій. Но терпимость къ релвгіямъ соединялась съ крайнею нетерпимостыо къ ваукѣ и разуиу, которые были заподозрѣны въ томъ, что ведутъ къ «разрушенію алтарей и троновъ». Самыесвободомыслящіе и самые гуманные изъ этихъ мистиковъ, масоны, даже и тѣ питали закдятую вражду къ свободной мысли, цѣль которой—«отвергать Христа, соянѣваться въ безсмертіи души, едва вѣрить, что есть Богъ, и надуваться гордостыо самолюбія»; не менѣе сильную вражду питали они и къ политическииъ идеямъ ХУШ вѣка, «предметъ которыхъ былъ заговоръ буйства, побуждаемаго глупымъ стремленіемъ къ необузданности и неестественному равенству». (Зан. Лопухина, 21). Объ остальныхъ мистикахъ и піэтистахъ и говорить нечего: всѣ они враждовали другъ съ другомъ, но въ то же время всѣхъ ихъ объединяла вражда къ наукѣ и разуму. Старовѣры, въ реакціи. 358 родѣ Шишкова, нѣли въ унисонъ съ іезуитомъ де-Местромъ, а всевозможные сектантысовершенно сходились въ этомъ отношеніи со свопми ярыми гонителями, въ родѣ Фотія. «Сочувствіе къ университетамъпротестантскойГерманіи поколебалось. Стали являться защитникикатолической системы воспитанія, возвѣщавшіе приближеніе временъРунича и Магницкаго. Іезуиты завладѣди общественнымъ воспитаиіемъ, вербуя питомцевъ преимущественно въ богатыхъ и знатныхъ семействахъ. Доказывали, что любовь къ наукамъ и забота о нихъ есть опасная ошибка; въ учебяыхъ заведеніяхъ, которыя съ такими свѣтлыми надеждаии учреждаемы были во всѣхъ краяхъ Россіи, видѣли скопище полузнаекъ самоувѣренныхъ и заносчивыхъ, легкомысленныхъпоклонниковъмоды, готовыхъразрушать то^чего они незкалуютъ, т. е. все». (Сухоылиновъ). Въ университетахъучреждены каѳедрытеологіи. Всѣ науки преподавать въ крайнемъ мистическомъ направленіи. Профессора, отличавшіеся хотя какимъ-нибудь свободомысліемъ, терпѣли гоненія и высылались заграницу. Начали хлопотать о насажденіи въ Россіи классицизма, объ учрежденіи общества Датинскаго, лицея и првтанея, о томъ, чтобы изученіе древностей россіискихъ соединитьсъ изученіеыъ древностей греческихъ, римскихъ и еіипетскихъ!.. Изъ гимназическагокурса исключены технологія, коммерческія науки, политическая экономія, вееобщая и русская статиетикаи начальныйкурсъ философіи изящныхъ наукъ, а вмѣсто того усидено преподаваніе классическихъ языковъ. Изъ программнуѣздныхъ училищъисключеныначалаестественнойисторіи и технологіи. Ученый коиитетъ, совершавшій эти реформы, руководствовался самыми обскурантнымп правилами, которыиъ могъ позавидовать даже и де-Местръ. «Въ преподаваніи законодательства», напр.,онъдопускалъ «тѣ токмо книги, кои неотдѣляютъ нравственностиотъ вѣры и не противорѣчатъ практическомухристіанству». Далѣе, онъ обязанъ былъ, «разсматриваяупотребительныя книги по части еетественнойисторіи, отстранять отъ системы преподаванія всѣ суетныя догадки о происхожденіи и превращеніяхъ земного шара», и т. д., и т. д. Книгъ запрещено комитетомъ множество,—логика Лодія, метафизикаЛубкина, естественное право Куницына, «о должностяхъ человѣка и гражданина, изданная для народныхъ училищъ въ 1783 г. и до того благонамѣренная, что запрещеніе ея считалъ безуміемъ самъ Шишковъ. Дажеофиціальный органъ главнаго правденія учплищъ «Періодическое сочипеніе о успѣхахъ народнаго проевѣщенія> комитетъ предлагалъвывестиизъ употребленія, какъ «книгуопасную по нѣкоторымъ ея статьямъ». РІ почеркъ, и содержаніе прежнихъ прописей были отмѣнены, изъ нихъ исключены были всѣ правственно-философскіе афоризмы, такъ какъ «комитетъ желалъ и въ прописяхъ ознакомить учащихся съ единою на потребу истияною нравственностыо христіанскою». (Сухомлпновъ; Богдановичъ, Y, 450—454). Вмѣстѣ съучебнымизаведеніями стра-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4