305 РУССКІЯ РЕАКЦІИ. 306 лись въ рукахъодаого сословія, стремившагосяесли не къ олигархіи, то, по крайыеймѣрѣ, къ сохраненію существующаго statu quo, —-до тѣхъ лоръ общественныіі организмъ долженъ былъ подвергаться жесточайшимъ, непрерывиымъстраданіямъ перемезкающейся лихорадки лнбералышхъ увлеченій и реакціоннаго заетоя. ІГ. 1796 —1801. Жизнь высшаго оби(ества въ царствованіе Екатериныбыла лспзнь развеселая. Праздники, балы, .маскарады, спектакли, литературныевечера, шумныя оргіи, сплошное волокитство, азартнаяигра— кутежъ напроналую, до совершеннаго разоренія, до полнаго истощенія фнзическихъсилъ. Дѣдабыли заброшеныплипредоставленысекретаря.мъи подьячпмъ; изъ арміи исчезла всякая дисциплина; красцвенькіе офицерики и молодые генераликиупражнялись больше на паркетахъu въ будуарахъ, чѣмъ на плацъ-парадѣ, а караульные офицеры въ халатахъ хаживали съ своихъ постовъ въ лЬсъ за грибами. Между тѣиъ, какъ роль этого фривольнаго и изнѣженнаго поколѣнія вмѣетѣ съ жизныо государыня близилась къ концу, въ Гатчинѣ, при дворѣ насдѣдника, готовилось выступить на сцену совершенно другое поколѣніе, поколѣніе суровыхъ служакъ, прошедшихъ черезъ огонь н воду п мѣдыыя а'рубы, требовательныхъ и безпощадно-строгихъкъ подчиненнымъи въ то же время безсловеснопокорныхъ и псполнптельныхъ до машииообразности по отношенію къ начальству. Здѣсь рокотадибарабаны, производилпсь маневры, воспитывались артисты фронтового искусства; здѣсь командовалпи піагали, прпказывали и рапортовалн, дѣлалп смотрыи приготовлялись къ смотрамъ, надѣялись налучшее будущее и бранили изнѣженный Петербургъ. Ск.оропостижнаясиертьЕкатеринывъ одинъмигъ произвела въ зимнемъ дворцѣ и во всей століщѣ изумительнуюперемѣну, такъ что молшо было подумать, что это творится не въ дѣцствптельной жизии, а въ какомъ-нибудь фантастическомъ балетѣ. «Тотчасъ во дворцѣ все пріяло другой видъ; загремѣли ыіпоры, ботфорты, тесаки, и, будто по завоеваніи города, ворвались въ покоивездѣ военные людп съ великииъ шуиомъ». (Держав., Запискп, 389). Пошла переборка и уничтоженіе всего екатерішинскаго; разбпрали, заііечатывалп, сожпгалп ея бумаги; устраняли ея дѣятелей; нскоренялиутвердившіеся при ней обычал. Это преслѣдованіе всего екатерининскагопростиралосьдо того, чтовъОдессѣ велѣно было остановитьвсѣ постройкп, отчеготамъ совершеннопрекратиласьторговля. (Грибовскій, 71). Памятнпкъ, воздвигнутый въ Херсоиѣ Потемкину, велѣно унпчтожпть, склепъ, въ которомъ похоропенъ былъ онъ, засынать «такъ, какъ бы его никогда не бывало», а самый прахъ князя, вынувъ изъ этого склепа, «безъ дальнѣіішей огласки», закопать гдѣ-пибудь въ неизвѣстномъ мѣстѣ, «въ особо вырытую яму».(Р. Арх., 1867, 207—215). Такова была увертюра новаго царствованія, о которомъ въ нашейпублпки носятся довольио подробныя попятія, хотя до самагопослѣдпяго времеші въ русской печати не появлялось объ этой эпохѣ никакихъсущеетвенпыхъсвѣдѣній. Печать молчала, а устноепреданіе переходплоотъотцовъкъ дѣтямъ, и Россія давнымъ-давно уже зпаетъ гораздо больше того, чтб дозволено передавать ей посредствомъ типографскаго стапка толысо въ послѣднія семьвосемь лѣтъ,.. Но при всемъ томъ, что публика знаетъизъ преданія множествоподробностей, анекдотовъ, сдучаевъ, курьезовъ объ этомъ мрачномъ времени, цѣлостнагопредставлепія о немъ все-такп нѣтъ. Въ настоящей главЪ мы хотимъ дать читателю нѣкоторое понятіе объ этой эпохѣ исключительно но тѣмъ даннымъ, какія обпародоваііы улю въ русской печати... Мы даже не беремъ на себя оцѣнки этого времени, а огранпчиваемся только сводомънѣкоторыхъ дозволенньтхъ у насъ извѣстііі о немъ. Натура Павла была крайне впечатлительная. Его наболшость доходпла до экстаза. Долго послѣ его смертиможно было видѣть мѣста, на которыхъ онъ молился на колѣняхъ, м;олплся съ рыдапіямп и обливаясь слезамп: паркетъ пололштельно протертъ въ этихъ мѣстахъ. (Р. Арх., 1869, 1877). Онъ, иесомнѣнно, любилъ справедливостьп старался забошться о благѣ народа; онъ лгелалъбыть отцолъ своихъ подданныхъ; у него былъ идеалъ, объ осуществленіи котораго онъ хлопоталъ всю свою лшзнь,—идеалъ справедливаго, заботливаго, во все вникающаго правителя, въ родѣ Гарунъ-Аль-Рашпда. Но при этомъ, унего небыло никакихъ твердыхъ раціональныхъ приицпповъ, и онъ руководился въ своихъ поступкахъне пдеямп, а чувствампи страстямп, характеръи нанравленіе которыхъ моглп у него елгеминутно измѣияться. Онъ то и дѣло переходплъ отъ радостп къ печали, отъ добродушія къ неистовому гнѣву, отъ тихаго спокойствія къ самому буйному раздраженію . Болѣзненность его натуры доходида до галлюцпнацій. Враждебныя отноіпснія къ матери, тягостпыя воспомипанія о судьбѣ отца, системазапугиваній, водворившаяся послѣ французской революціп, собственпое его мпстическое умопастроепіе —все это содѣйствовало развитію въ немъ той чрезвычайной боязливой подозрительпости, которая неблагопріятно отзываласъ на всемъ и на всѣхъ, даже н на всѣхъ членахъ его собствешюй семьи. Невыдерл;анностиего характеравполнѣ соотвѣтствовала нецѣльность и невыдерлсанностьего умственпагоразвитія. Съ идеаломъ патріархалыіаго царя въ neM'i) ашла самая мелочпая подралсательностьФридриху Великому; счптая себя вполнѣ православпымъ, онъ увлекался католичествомъ и іезуитамп; ненавпдя все французское, онъ былъ всею душоіо преданъ французской аристократіи и проникея совершенно ея духомъ; затѣвая громадныя войны въ одпо время, въ другое онъ ненавндѣлъ ихъ, и, чтобы ноложить конецъэтой братоубійственной рѣзнѣ, совершенно серьезновызывалъ черезъ газетыНаполеона на дуэль въГамбургѣ. (Р. Арх., 1869. 1928). :# \М І
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4