215 ШАШКОВЪ, С. С 216 лучила не совсѣыъ-то вѣждивый отказъ. Предчувсгвуя этотъ отказъ и предугадавъ его содержаніе, редакторъ «Public Advertiser'a», Тукъ. наставилъ Бекфорда, какъ и чтб отвѣчать на него. Но лордъиэръ сконфузиіея, позабылъ приготовленнуюпмъ по мыслы Тука рѣчь и не сказалъни слова. Встрѣтивъ его возвращающимся съ этой аудіенціи п узнавъ о неудачѣ, Тукъ воскликпулъ: «все-таки ваша рѣчь должна появиться въ газетахъ, и я напишу ее за васъЬ На завтра же въ газетахъбыіа напечатаиа сильная оппознціонная рѣчь, которун) будто бы лордъ-мэръ Бекфордъ произиесъ въ отвѣтъ на королевскій отказъ просьбаиъ депутаціи. Эги рѣчь имѣла такое важное значеніе, что благодарный Лондонъ воздвигъ въ память Бекфорда прекраепую статую. Другой вримѣръ важнаго общественнагозначенія прессы представляетъ еобою слѣдующій случайпзъ начала настоящаго столѣтія. Въ Лондонѣ хотѣли выбрать лордъ-мэромъ Альдермана Гармера, собственника одного очень непопулярнаго журнала. Выборъ этотъ навѣрно состоялся бы, если бы въ дѣло не выѣшалась «Times», которая въ цѣломъ рядѣ своихъ нередовыхъ статейразъяснила и Дондону, и всей Апгліи всю ненригодность Гармера и то пагубное вліяніе на общественныя дѣла, какое оказалъ бы онъ въ качествѣ лорда-мэра. Выборы не соетоялись, и «Times» заслужила всеобщую благодарность за свою энергію и спасительноевліяніе. Случаями, подобнымн сейчасъ приведеннымъ нами, полна исторія англійской журналистики, которая въ самыя тяжелыя времена не переставала служить обществу, а общество, въ свою очередь, цѣня ея существенныя услуги и понимая ея громадное благотворное значеніе, нпкогда не отказывало ей въ существенной поддержкѣ. Благодаря такой тѣсной связи псріодической прессы съ обществомъ, яервая достигла вполнѣ саиостоятельнаго, независимагоположенія. Всѣ этп блага дались не даромъ. Кромѣ офиціальныхъ преслѣдованііі, ирежніе журналисты вынесли на своихъ плечахъ столько гнета п несчастій, что певольно изумляешьея ихъ стойкоети. Общество не сразу привыкло къ гласномугазетному слову, и каждый газетчикъ возбуждалъ во миогихъ страхъ и ненависть, особснно въ томъ случаѣ, если онъ былъ честнымъ человѣкомъ. Писателии партіп, затропутые журналистомъ, никогда не прощали еыу. Дѣло доходпло до личныхъ оскорбленій и удичныхъ побоевъ. Журналистысоперникн вызывали его на дуэль и ежедневно осыпали въ свобхъ пзданіяхъ площадноіо браныо. Матеріальное положеніе было вообще не блестящее. Старинный издатель нерѣдко совмѣщалъ въ своемъ лицѣ обязанности редактора, репортераи тииографщика. Сплошь и рядоыъ онъ соверіпенно разорялся на тѣ процессы, когорые начинало противъ него правительство. Нравы журналпстовъ прежняго времепи вовсе не иыѣлп той чинной сдержанности, какою они отличаются въ современной Аигліи. Полемика ихъ состояла большсю частію въ площадной брани. ^Дуракъ», «козелъ», «пучеглазая собака», «пьяпица» —вотъ какпии прозвищами они постоянно честили другъ дррта. Не щадили и женщинъ. Собствеиницу «Страніітвующаго Шпіопа» соперпики ея осыпали самою неприличною бранью, говоря, напр,, что «ея чистота состоптъ только въ ея бѣльѣ», что она потаскуха и т. д. Ссоры между писателямивозникади иногда изъ-за самыхъ ничтолсныхъ причинъ, и они доѣзжала другъ друга самыли забавными способами. Кольриджъ, напр., то и дѣло намекалъ на выпавшіе зубы Мэкинтоша и тѣмъ доводидъ послѣдняго до бѣиіенства. Подобная полемика довольно чаето оканчивалась дуэлями, и ей посвящалось въ газетахъ уже слишкомъ много мѣста, въ ущербъ пхъ серьезному содержанію. Многія пзданія, внрочемъ, мало заботились о послѣднемъ, наполняя свои столбцы стихотвореніями плп пошлѣшішми извѣстіями о жизни столичпоп аристократіп. Вотъ нѣсколько подобныхъ выдержекъ изъ газетъ за нервые годы настоящаго столѣтія. «Малснькія миссъ Гипсъ, что на Пикадилли, начали учиться на фортепьяно. —Новая коляска мистера Даша служитъ гордостыо Лонгъ Акра и завистыо ГайдъПарка. —■ Высшему свѣту. конечно, прнчинитъ большую печаль извѣстіе, что мистриссъ Трапсъ порѣзала свой мизинецъ. —Второй сынъ лэди Денсъ началъ чнтать басни Эзопа», и т. п. Впрочемъ, нужно замѣтить, что дучіпія газеты, и въ томъ числѣ «Times», не только не занимались подобяыми сплетнями, но даже постоянно подемѣивались надъ пошлостями британскагобарства и занимались веегда предмегами болѣе серьезными, чѣмъ жизнь большихъ господъ. III. Въ началѣ настоящаго столѣтія запросъ на газеты такъ увеличилея, что нерѣдко не успѣвали печатать достаточнаго количества экземиляровъ. Усовершенствованіе тшюграфскихъ средствъ сдѣлалоеь настоятельноіо необходиыостыо, и Вальтеры, наслѣдственные издатели «Times», истратили на это дѣло около 1 00.000 фуитовъ стерлинговъ. Въ 1814 г. «Times» уже начала печататьсяна паровомъ стаіікѣ, вошедшемъ вскорѣ во всеобщее унотребленіе. Свобода политической прессыуже водворилась въ жизни, и газетамъоетавалось сбросить съ еебя только ііослѣднее ярмо налоговъ. Началась знаменитаяборьба за ихъ отмѣну, —борьба, начатая не издателями, а нубликой, читателямп, требованія которых'ь- были такъ серьезны и настоятельны, что иарламентъ въ 18В6 г. вынужденъ быдъ понизить штемпельную ношдину съ 4 пенсовъ до 1 ненни. Чисдо безштемнельныхъ пздаиій возрасло до того, что съ 1832 по 1831 г. правительство посадило въ тюрь^іы ие меньше 500 чсловѣкъ, вшювныхъ въ ихъ продаліѣ, Пѣкоторыя изъ этихъ газетъ, отличавшіяся краііішмъ диберализмомъ, расходидись въ количествѣ 100,000 акземпляровъ u возбуждали серьезное безпокойство во всѣхъ консерваторахъ. Особенно замѣчательWXA
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4