203 ШАШКОВЪ, С. С. 204 моментъвсе волнуется, негодуетъ, омрачается, какъ извнѣ, такъ и внутри страны; но эта буря расчиститъатмосферу, и плодотворный свѣтъ снова озаритъ насъ... Я увѣренъ искренно, что эти чувства одуіпевляютъ насъ всѣхъ, и я желалъ бы, чтобы, пака еще можно думатьи дѣйствовать, этичувства не охладились въ насъ, и мы приступшшбы прямо и искренно къ осуществленію предложенной мною спасительаой реформы». Фннансовые проекты Бёрка не были нриняты, но когда въ 1782 г. онъ сдѣладся главнымъ военнымъ казначеемъвъ министерствѣ Рокннгама, онъ отчастиуснѣжъ осуществить свои планы и произвелъ сокращеніе дазке въ собственномъсвоемъ жалованьѣ. XVIII вѣкъ съего треволненіями, съ его великоп революціеіі погубилъ не только мпого жизней, но и много умовъ. Оумасшествія замѣтпо увеличилнсь численно, особепно въ средѣ людей гоеударственныхъ. Въ Англіи, гдѣ политпческая борьба хотя и не дошіа до открытаго междоусобія, но тѣмъ не менѣе была сильна и упорна,—въ Англіи горькой участипсихическагоразстройстваподверглись три самыхъ замѣчательныхъ полптичеекихъ дѣятеля. Питтъстаршіп одно время сходилъ съ ума; Георгъ III провелъ въ сумасшествіи послѣдніе годы своей жизни; ие уцѣлѣлъ и Бёркъ. Революціонный терроръ ужасалъ его и возбуждалъ въ немъ отвращеніе къ французскому перевороту. Въ это самое время умеръ его нѣжно-любпмый сынъ, въ которомъ онъ видѣлъ преемнпка своей славы. «Жизнь моя идетъ обратнымъпорядкомъ, —писалъ онъпослѣ этого удара.—Тѣ, которые должны были наслѣдовать мнѣ, умерли прежде меня. Тѣ, которымъ слѣдовало быть для меня потомствомъ, заняли мѣсто предковъ. Буря сразила меня, п я палъ, подобно одному изъ старыхъ дубовъ, разбросанныхъ вокругъ меия послѣднимъ ураганомъ. Я лшпенъ всего, чѣмъ красовался, я вырванъ съ корнями и лежу, поверзкеыный, па землѣ». Въ декабрѣ 1788 г. Бёркъ произнесъ въ парламентѣ рѣчь, поразившую всѣхъ своей странностыо, и кончилъее«совсѣмъкакъпомѣшанный». Онъ началъ оскорблять своихъ лучшихъ друзей и разрывалъ съ нпми всякую связь, коль скоро замѣчалъ ихъ сочувствіе къ Франціи. Въ 1791 г. въ парламентѣ давнишній другъ его, Фоксъ, съ восторгомъ привѣтствовалъ политическіе принципы, провозглаіпенные французами, а Бёркъ проклиналъ ихъ. Фоксъ со слезами на глазахъ замѣтилъ, что, съ перемѣпою мнѣній своего друга, онъ надѣется, но крайней мѣрѣ, не лишиться его дружбы; но Бёркъ грубо отвѣчалъ, что онъ жертвуетъ чести даже дружбою. Въ тотъ же вечеръ, возвращаясь домой еъ одпииъ другомъ въ каретѣ послѣдняго, Бёркъ, до тѣхъ норъ крайне вѣжливый, былъ взбѣшенъ симпатіями своего друга до того, что потребова,іъ, чтобы его немедленновыпустилипзъ экппажа среди ночи и при проливномъ дождѣ, такъ какъ онъ считалъ оскорбительнымъ для себя сидѣть нодлѣ человѣка, расположеннагокъ реводюціонному движенію французовъ. Въ своихъ сочиненіяхъ («Размышленія о французскойреволюціи», «Письма о цареубійственномъ мирѣ» и др.) и въ своихърѣчахъ Бёркъ доходилъ до неистовства, сыпалъпроклятіями, искажалъ факты, черішлъ благороднѣйшихъ людей, въ родѣ Кондорсе и Лафаиета, которыхъ онъ называлъ «злодѣямп», фанатиками атеизма> п т. д. Всѣ остальные фрапцузыбыли для него «націей убійцъ, кровозкаднымиатеистами,шайкойразбойниковъ, гнуснѣйшпмънародомъ въмірѣ» и т. д. Франція—это «замокъ людоѣдовъ, адъ, республика убійцъ»; правптельство ея состоптъ изъ «самыхъ грязныхъ, низкихъ, подлыхъ и гнусныхъ, крючкотворцевъ», національное собраніе—изъ «безбожниковъ» и т. д. Францію слѣдуетъ предать забвенію, необходимо нрекратить всякія сноиіенія съ нею, ее слѣдуетъ стереть съ лица земш. Съ топ лсе изумительпой энергіей, съ какоп онъ преслѣдовалъ нѣкогда Гэстингса, Бёркъ проповѣдывалъ теперь крестовый походъ противъ Франдіи, цѣлыо котораго должно быть «совершенное истребленіе отчаяннагоскоппща людей, прошведшихъ это своеволіе. «Война—говорилъ Бёркъ—должна быть ведена упорно до тѣхъ норъ, нока не достпгиется эта цѣль; «она доллша быть долгою вопною; янастаиваю на этомъ и желаю, чтобы слова мои были замѣчены, —долгою войною-». Но вііѣшнею вопною онъ не ограничпвался, требуя, чтобы основою всей политики Англіи былъ сдѣланъ «принципъ безусловноп вралады къ франдузской государственноіі системѣ, внутри государства и внѣ его. Эти рѣчи Бёрка п его послѣднія сочипепія доставили ему славу перваго борца за старый порядокъ. Екатерина II н другіе государи осыиалп его самыми лестныыикомплпментами,Людовикъ XVI переводплъ его «Размышленія» иафрапцузскій языкъ, а Георгъ III, раныпе такъненавпдѣвшій этого че■ ловѣка, теперь пожелалъ сблизиться съ нимъ п пазпачилъ ему пенсію. Благоролпыі;, свободолюбивый Бёркъ сдѣлался слугою реакціп, которая возпикла подъ вліяніемъ ужаса, объявшаго англійскихъ копсерваторовъ при громовыхъ раскатахъ револгоціи п ея отголоскахъ въ Англіи. Питтъ ыладшій шелъ противъ припциповъ своего іюкойнаго отца, Бёркъ вооружался противъ своихъ собственныхъ припциповъ, за которые онъ боролся въ лучшую эпоху своей жпзни. Ирландія была въ открытомъ возстаніи, въ Англіи всѣ лпбералыіые и прогрессивпые люди готовы были до послѣднихъ силъ защніцать констптуціонную свободу, которую, пользуясь обстоятельствалп, хотѣла подавитьправитсльствепнаяпартія. Либеральныхъписателейпреслѣдовали, ссылали, сазкалп въ тюрьмы; публичные митингп разгонялпсь и заирещались; библіотеки были стѣснены до крайностп; «всякій домъ, комнатаили мѣсто, —говорплъ закоііъ, — которые будутъ открыты илп уіютребляемы, какъ мѣсто собранія для чтенія кнпгъ, броигюръ, газстъ или другихъ пзданій, должны быть признаны за развратный домъ, и содержатсль долженъ быть наказанъ, какъ того требуетъ законъ • *^Л_
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4