зарм и с криками «бей солдат» бросавших в них камнями и палками. Провокация была налицо, поэтому дело было прекращено за «необнаружением виновных». Несмотря на невиновность рабочих в инциденте 10 марта, полиция и администрация фабрик используют егр и раздувают до размеров «преступного нападения». Губернатор по поводу событий 10 марта опубликовывает следующее об'- явление: «От Владимирского губернатора. Об'я в л ени е. Вчера, 25 февраля, вечером, на воинскую команду толпою было произведено преступное нападение. Рабочие осмелились посягнуть на царские войска. Означенный воз'мутительный случай всецело приписываю дерзкому руководительству подстрекателей и непонимаю нападавших. Путем насилия рабочие не достигнут ничего, наоборог, навлекут на себя строгую кару и могут вызвать несчастье в неповинных семьях. Благоразумные должны отстраняться от участия в скопищах, устранять женщин и детей, могущих стать бессознательно невинными жертвами безумия неблагоразумных рабочих. Так как в настоящее время масленица и работы на фабриках не производится, призываю рабочих, как верноподанных царя, ко- '. торому мы все служим, к порядку, ответственность за который равно как и заботу о безопасности семей, возлагаю на самих рабочих. В случае нарушения порядка рабочими, таковой будет восстановлен без малейшего послабления. Подтверждаю распоряжение о воспрещении всякого рода схо- - док, сборищ и о запрещении ношения оружия. Губернатор И. Леонтьев. М. Никольское, 26 февраля 1905 г.». Размеры «преступного нападения» рабочих на царские войска раздуваются даже до таких пределов, что требуются новые войска, и из нрилегающих уездных городов в Орехово-Зуево начинают стягиваться новые наряды казаков и полицейских. В Орехово-Зуеве создается каторжный режим. Все действия властей и полиции вызывают ряд недоуменных вопро69
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4