с красными флагаіии и криками: долой самодержавие! Да здравствует свободная Россия! Да здравствует социал-демократия! Если наших требований не удовлетворят, то бросайте работать. He будем работать на наших врагов, и пусть их охватит страх перед надвигаіощейся расплатой за прежние утеснения. Орехово-Зуево». На всех окраинах Орехово-Зуева, в лесу, на кладбище и т. д. происходит целый ряд сходок, летучек; ведутся энергичные приготовления к стачке. Волнение среди рабочих не остается не замеченным жандармскими и другими властями, и 24/11 февраля жандармский ротмистр телеграфирует начальнику жандармского управления: «Сегодня Никольском повсюду сходки; завтра предположено забастовать». Осведомленность ротмистра вполне отвечала действительному положению дел в Ѳрехове. 25 (12) февраля около тысячи рабочих, собравшись к главной конторе ф-ки С. Морозова, потребовали от администрации вызова Саввы Морозова в м, Никольское. Во время переговоров рабочих с администрацией на крыльцо вышел особо нелюбимый рабочими за грубое обращение с ними управляющий прядильной фабрики Федотов. Его появление рабочие встретили криком и свистками, в него полетели камни, и Федотов немедленно же принужден был скрыться. После пред'явления требования о вызове Саввы Морозова рабочие спокойно разошлись по домам и 26 (13) февраля приступили к работе. Но в этот же день исправник вызвал в Орехово-Зуево войска, и рабочие, узнав об этом, на другой день, 27 (14) февраля, вновь забастовали; сначала ткачи фабрики Саввы Морозова, а затем и все другие рабочие, 28 (15) февраля, в знак солидарности с ними, забастовали рабочие механического чугунно-литейного завода Гоппер, находившегося в том же районе. В своих требованиях рабочие писали: 56
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4