рабочих не выданы. Похоронены на месте: Орехово — 5, Покров — 1. Арестовано ковровских делегатов — 4. В Александрове принимаю меры к восстановлению гражданского правления. Спокойствие восстанавливается. Рабочие фабрик под Александровом обезоруживаются. Ответа министра путей сообщения еще не пояучено. Прошу содействия. Губернатор». На экстренном собрании рабочих выступавшие ораторы Ермолаев и Соловьев Гр. призывали к дальнейшей борьбе, говорили, что от слов нужно перейти к делу. Митинг был прекращен, и, под руководством штаба боевой дружины,- рабочие приступили к разрушению телеграфного и телефон ного сообщения между Москвой и Нижним, а также между учреждениями города. 06 этом было сообщено офицерам, которыми и был отдан приказ прекратить разрушение. Прибывшие войска дали несколько залпов в толпу, но никого не ранили. Солдаты сдержали слово, стреляя вверх. Одного рабочего, Петра Миронова, посадили в тюрьму; несмотря на угрозы, от него не добились никаких показаний. Петр Миронов никого не выдал. Вскоре из Владимира прислали других солдат, отправив прежних обратно. Затем прислали из Орехова астраханских казаков. Начались аресты и избиения рабочих по вечерам. Арестовали в Коврове Кузнецова, председателя Бюро союза Голубенкова, кассира союза Смирнова (заменявшего Котляра) и Маныкина. Многих рабочих полиция не находила на квартирах,,так как они скрывались; в Покрове в больнице арестовали М. Лютова. Всех арестованных отправили в губернскую тюрьму во Владимир. Клуб рабочих заняли солдатами, но и эти солдаты относились к рабочим хорошо, безобразничали только казаки. Из Москвы сведений никаких не было, поезда ходили лишь воинские. Не было даже газет, но все же чувствовалось по очень смутным слухам, что движение разгромили. Военные и гражданские власти вывесили об'явление о возобновлении работ, предлагая этот вопрос обсудить на общем собрании мастерских. Для собрания давали свисток. Рабочие собрались почти все. На собрании пытался выступить прибывший тов. Ермолаев, но 16* 248
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4