21 октября состоялись три грандиозных митинга, на одном из которых (в ж.-д. столовой) было, между прочим, постановлено отправить следующую телеграмму министру внутренних дел: «Трехтысячное народное собрание в Коврове, потрясенное рассказами очевидцев о владимирском избиении студентов, детей, разгроме квартир и убежденное, что это хулиганство попущено администрацией во главе с губернатором, требует, согласно высочайшего манифеста, строгого гласного судебного расследования и предания виновных суду. Требует также освобождения всех пострадавших за политические убеждения; и акты. Более 5.000 рабочих стекались в этот день под красные знамена. Под боевой мотив марсельезы они медленно двигались по городу. Впереди шел духовой оркестр, играя гимны свободы. Временами процессия останавливалась, и тогда раздавались горячие смелые речи любимого здешнего оратора-женщины (с.-д.). Порядок был образцовый». Митинги и лекции происходили ежедневно по вечерам. Столовая ж.-д. мастерских явочным порядком перешла в руки рабочих, в ней был открыт рабочий клуб. На собраниях выступали: Корнева, Баранов, Максим, Асташев, Винокуров, Маракушев, Шеханов и другие. Это, так сказать, постоянные, но и были приезжие, как-то: выступал Лакин, вскоре убитый черносотенцами на фабрике при ст. Ундол. Вообще первую неделю жили, как в угаре. Наша партия вышла из подполья, желающим вступить в нее был открыт широкий доступ, конечно, при поручительстве товарищей. Был на открытом собрании переизбран партийный Комитет на основе представительства от цехов. В Комитет вошли следующие лица: от мастерских машинно-паровозного цеха — Андрей Иванов, Вячеслав Кангин; кузнечного — Маракушев; вагонного — Н. Ляхин, В. Шеханов и Евг. Буйдинов; фабрики — Винокуров, Маныкин, Челышев и Болконский; от города — Асташев, Корнева и Барабанов. Постоянными агитаторами организации были тов.: Корнева, Максим ^ и Барабанов. Заведующий библиотекой и литературой —т. Деев. Представи1) По словам т. Ляхина, это был Алексей Серговсний. . 231 риммы.і ии —^аа&тшшяшттшщ
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4