Примите успокоительвде меры. Манифест действительно пОЛучен, об'явлена свобода собраний». Ответ полон двусмЬісленностей. Но никаких «успокоительных» мер муромский исправник предпринять не может уж просто потому, что рабочие . . . вооружены. На одном из митингов 2 ноября (20 октября) рабочими было принято решение протестовать против черносотенного погрома в г. Владимире, и рабочие прямо с митинга всей массой отправились на телеграф, откуда и послали владимирскому губернатору телеграмму следующего содержания: «Муромский Рабочий Комитет требует прекращения черносотенской бойни. Будет поступлено своим судом. Член Комитета Шляпников». Вооружение рабочих шло саадым энергичным путем. Полиция была бессильна бороться против рабочих, которые й являлись в тот момент действительной властью в городе. Исправник потребовал присылки войск, и 4 ноября (22 октября) в Муром прибыла из Владимира рота солдат. С прибытием солдат движенце в Муроме затихает. 2 ноября (20 октября) стачечное движение распространяется на более крупные Лабричные районы губернии: бастуют все рабочие Шуи и Кохмы; прекращают работу рабочие фабрик С. и В. Морозова в Орехово-Зуеве. Всюду и везде происходит целый ряд митингов и демонстраций. В Орехово-Зуеве с первого же дня стачки у рабочих устанавливается очень хорошее отношение к солдатам и казакам. Казачий раз'езд, попавший 2 ноября (20 октября) в толпу только что забастовавших рабочих, уже не Осыпается каменьями и палками, не встречается криками злобы и ненависти, но продолжает совершенно свободно двигаться среди многочисленной' толпы; со всех сторон несутся крики: «не сметь трогать казаков!» Рабоние Орехово-Зѵева во время стачки пред'являют ряд экономических требований администрации и требуют освобождения всех арестованных за политические преступления и по усиленной охране. 110
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4