6. ДОБРЫЫЯ НЯКІГПІЧЪ. 65 V. Богатырь Добрыня Никитичъ по сказкаіиъ. Наша сказка о богатырѣ Добрынѣ Никитичѣ (К?. 6) переиечатана дословно изъ книгя Чулкова: «Рз^сскія сказки» (Москва. Ч. I), съ весьыа незначительньши измѣненіями, напримѣръ: вмѣсто «Зпмцерлы», въ X?. 6 поставлеиа «Заря»; пѣсня (на страницѣ 29) у Чулкова помѣщена въ видѣ прииѣчанія, а въ №. 6 она напечатана яе замѣтить (говоритъ С. Аксаковъ) пріема Илыі, къ которому онъ не разъ прнбѣгаетъ въ схвахкахъ богатырскихъ: пріемъ этотъ —схватить на руки и кинуть вверхъ, а потомъ подхватпть п безвредно опустпть на землю. Илья бьетъ неохотно, только въ крайнпхъ случаяхъ; а гдѣ нѣтъ этой, непріятной для него, необходимости, онъ только шжазываетъ безвредно свою богатырскую силу, чтобы заставить уступить себѣ, чтобъ заставить смнриться своего врага: такъ мечетъ онъ вверхъ своихъ протввниковъ; такъ, когда нападаетъ на него толпа разбоіінпковъ, онъ стрѣляетъ не въ нихъ, а въ дубъ, которыіі разлетастся въ дребезгп,—разбойннки падаютъ». Самый полныіі сводъ всего, что было гдѣ дибо ішсано и сказано объ Ильѣ Муромцѣ,сдѣланъ О.Мчллеромъ, въ его книгѣ: «ИльяМуромецъ п богатырство кіевское». Разбпрая этотъ громадныіі трудъ, г. Буслаевъ дѣлаетъ о немъ такой отзывъ: «іізслѣдованіе г. Миллера, по основательности и полнотѣ u по замѣчательноіі добросовѣстности, оставляетъ за собою далеко все то, что до снхъ поръ было сдѣлано въ нашеп ученон лптературѣ по русскому народному эпогу (14-е присужд. наградъ гр. Уварова, стр. 10). Въ своихъ тезнсахъ О. Мпллеръ іірнводптъ объ Ильѣ Муромцѣ слѣдующія положенія: Какъ Владиміръ кіевскій служптъ въ эпосѣ средоточіемъ внѣтші^о, такъ средоточіемъ виутрентімъ, душой эпоса является у насъ крестьянскій сынъ Ижья Муромецъ. Эпосъ отдаетъ ему постоянное, ни въ какомъ случаѣ не колеблющееся предпочтеніе передъ Владиніромъ (полож. 15-е). Первоначальныя пѣсни объ Ильѣ Муромцѣ должяы были сложиться въ суздальской Руси, куда, вмѣстѣ съ средоточіемъ исторііческой жизни, могъ перейти и первоначальнып кіевскій (владпміровъ) эпосъ. Окончательное сліяніе съ шшъ эпоса суздальскаго должно было происходить подъ вліяніемъ того объединенія Руси, которое зачалось еще въ суздальскій, а окончательно совершплось только въ московскій періодъ (полож. 16-е). Съ полною объединенностыо Руси, доставшеюся нашеиу эпосу кіевскому только отъ московской поры, онъ пдеально соединяетъ заботу о ненарушимостп свободныхъ порядковъ, сохраненныхъ имъ отъ древней вѣчевоп поры. Представителемъ этой заботы, безтрепетно выдерживающимъгрозу осуровпвшагося, по многимъ былинамъ, князя, какъ и постояннымъ оберегателемъ земіцпны отъ всякихъ внѣшнихъ враговъ, исторически вознпкавшихъ на русской землѣ, является Илья Муромецъ (полож. 17-е). ІІервенствуіощее лпцо въ нашемъ эпосѣ, Илья Муромецъ, представляетъ такой, вырабатывавшійся вѣками, совершенно жпвой, вполнѣ удавшійся идеалъ народный, которому ничего соотвѣтственнаго не можетъ представпть иаша литература, до сихъ поръ отличающаяся замѣчальными соСборішкъ II Отд. Ц. А. II. 5
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4