0 СОСТАВѢ БЫЛИНЪ. 117 вала наконецъ, что послѣднее во многихъ случаяхъ имѣло часто книжный источникъ. Въ послѣдніе годычисло подобныхъ слвченій постоянно увелпчивалось, и теперь не подлежитъ сомнѣнію, что многія нроизведенія народной поэзіи, цѣликомъ или частями, и отдѣльными подробностями, ыногія повѣрья, которыя прежде считались всего чаще собственнымъ созданіемъ народа, отголоскомъ его исконной миѳологіи, —имѣли свой источникъ въкнигѣ, слѣдовательно имѣютъ начало вовсе не доисторическое, а, напротивъ, болѣе или менѣе позднее, доступное хронологическому опредѣлбнію» 137). Главная причина, ао которой до чрезвычайности трудно опредѣлить время составленія былинъ, заключается въ томъ, что текстъ былинъ оставался безъ письменнаю закрѣпденія до конца прошедшаго вѣка. Конечно и върукописныхъ сочиненіяхъ такое закрѣпленіе не представляло еще достаточно обезпеченія противъ порчи оригинала. «Каждый усердный читатель дѣлалъ на поляхъ своей рукописи различныя замѣтки, прибавлялъ глосы и синонимьі, которые другой вносилъ въ самый текстъ, такъ что мало по малу начиналась сильная порча текста, отъ которой не далеко до передѣлки. Одинъ могъ прибавить толкованіе неизвѣстнаго слова или названія ; другой оставлялъ текстъ , и удерживалъ коыентаріи; третій распространялъ его, замѣнялъ частныя національныя черты подлинника другими, взятьши изъ русскаго быта, отъ чего книга, передѣланная на русскіе нравы, теряла свою иноземную внѣшность и принимала колоритъ домашняго нроизведенія» 138). Если такія передѣлки происходили върукописной литературѣ, то понятно, что при изустной передачѣ характеръ сказителя и пѣвца долженъ былъ отражаться на произведеніи гораздо сильнѣе. Плохой, заурядный сказитель заучиваетъ былину сословъ своего старшаю, твердо, не дозволяя себѣ ни какихъ отступленій; всѣ варіанты у такихъ сказителей состоятъ единственно въ І37) А. Пыпинъ, рецензія на журналъ Ягича (Вѣст. Европы 1877. Январь, 452). s3!) А. Пыпинъз Очеркъ Литерат., стр. 4 и 5.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4