b000001510

в. п. КОКУШКИНЪ. 325 При мнѣ пріѣзжалъ къ нему В. П. Кокушкинъ по какому-то дѣлу. Этотъ Кокушкинъ былъ въ свое время довольно значительнымъ пер- сонажемъ, потому что пользовался благосклонностью канцлера князя Везбородки, при которомъ считался на службѣ. Я говорю: считался, потому что, какъ мнѣ сказывали, онъ по натурѣ своей служить не могь, какъ служатъ друтіе, ибо едва-едва зналъ грамотѣ и дѣлать ни- чего не умѣлъ; но за то, при добромъ сердцѣ, веселомъ нравѣ, испы- танной честности и прекраеномъ наслѣдственномъ состояніи, онъ обла- далъ драгоцѣннымъ для того времени даромъ учреэюденія пировъ, и кромѣ того, что любилъ самъ попить и погулять, считался мастеромъ потчивать другихъ. Эти достоинства доставили ему почетное званіе распорядителя Аѳинскихъ вечеровъ князя Везбородки. Не должно, одна- кожъ, думать, чтобъ добрый и благородный Василій Петровичъ былъ большой знатокъ въ напиткахъ — отнюдь нѣтъ, и преданіе гласитъ, что, не смотря на всѣ его притязанія на званіе знатока въ винахъ, геніальный канцлеръ доказалъ ему, какъ дважды два— четыре, что онъ о вкусахъ въ винѣ не имѣетъ никакого понятія, и вотъ какимъ образомъ: приказавъ своему метръ-д' отелю, во время одного званаго обѣда, обнести гостей простымъ Бордоскимт^ виномъ, придавъ ему на- званіе етараго аква-марина, въ винодѣліи несуществующаго, князь Везбородко, обратясь къ Кокушкину, спросилъ его: <А каково винцо' Василій ІІетровичъ?> — «Подлинно отличное», отвѣчалъ онъ, <отъ роду такого аква-марина не пивалъ: хорошо бж еще рюмочку! > Разумѣется, качеств!, ума и сердца. При той значительности, которою онъ пользовался, по чрезвы- чайно важному своему мѣсту, при тѣхъ близкихъ сношеніпхъ съ первыми людьми госу- дарственными тогдашаяго времени, которыя давали ему право на нѣкоторое предпочтеніе передъ другими, онъ былъ не только неспѣсивъ и незаносчивъ, но, напротивъ, скроменъ, снисходителенъ, вѣжливъ и безкорыстно услужливъ до невѣроятной степени. По назна- че'нш графа Аракчеева министромъ военныхъ силъ, канцелярия графа Ливена была упразднена, и Паглиновскіи поступилъ правителемъ же канцеляріи къ новому министру, котораго благосклонпостью и уважеиіемъ онъ пользовался нѣсколько лѣтъ. Но всемогу- щая сила обстоятельствъ измѣнила служебное поприще этого достойнаго человѣка: онъ былъ долго въ ототавкѣ, потомъ опять вступилъ въ службу и умеръ совѣтникомъ Ас- сигпаціопнаго Банка. Паглиновскіи и дядя мой Рахманиновъ были женаты на двухъ родныхъ еестрахъ Бахметевыхъ, и я познакомился съ первыиъ въ домѣ послѣдняго. Иногда съ нимъ бы- вали очень забавные случаи; такъ, иапримѣръ, одинъ служивый, будучи огорченъ отка- зомъ, сдѣланнымъ ему вслѣдствіе резолюцш граоа Ливена, и вообразивъ, чторезолюція эта послѣдовада потому только, что Паглиновскіи не захотѣдъ принять участія въ его просьбѣ, попотчивалъ его па прощаньѣ слѣдующиыъ двустишіемъ: „Не Дяитрій ты Донской, не Дмитрій ты Ростовскій, А Дмитрій ты простой, липіь Дмитрій Паглиновскіи!" Пизднѣйшее примѣчанів.