b000001510

22 ЗАПИСКИ с. п. ЖИХАРЕВА. ФЕВРАЛЬ 1805. всей подробности: какъ по книгѣ читаетъ. Преинтересный старичокъ. Теперь живетъ у Н. П. Аксенова, который призрѣлъ и успокоилъ ста- рика, а сверхъ того добываетъ нѣсколько и самъ перепискою бумагъ у знакомыхъ, и пишетъ, хотя медленно, но четко — жемчужкомъ. Для меня онъ сущій кладъ: вотъ два года, какъ я пользуюсь его досуже- ствомъ хорошаго переписчика и анекдотиста; живой, ходячій театраль- ный архивъ, а къ тому же имѣетъ настоящее понятіе объ искусствѣ. Лю- бопытны разсказы его о прежнихъ придворныхъ актерахъ Француз- скихъ и сравненіе ихъ съ нашими Русскими. Когда-нибудь запишу всѣ его анекдоты. Онъ оживляется за бутылкою хорошаго пива, это одна его прихоть; а за пивомъ дѣло не станетъ; надобно пользоваться па- мятью старика, котораго время близь есть и дни изочтены суть. 26 Февраля^ Воскресенье. Отговѣли, какъ слѣдуетъ христіанамъ. Я отдохнулъ и освѣжился. Кажется смѣшно, чтобы въ 17 лѣтъ нужно было освѣженіе; однакоже это такъ: въ продолженіе года насмотришься, наслушаешься и наберешься невольно такой дряни, что " чувствуешь себя гораздо легче, когда смоешь ее съ себя банею покаянія. Теперь только я начинаю понимать, какъ полезно было для меня это Русское деревенское воспитаніе, надъ которымъ такъ издѣвались сосѣди, эти ежедневные утрени, молебны и всенощныя, въ которыхъ я исправлялъ должность дьячка, читалъ славословіе, каѳизмы, пареміи, пѣлъ ирмосы, кондаки, антиФоны и проч. Все это пригодилось мнѣ не только въ нраветвенномъ, но и въ общественномъ отношеніи. Нашлись добрые люди, которые оцѣнили это воспитаніе и обратили его мнѣ въ сред- ство; а прочее, чего, по мнѣнію великолѣпныхъ В. и велеумныхъ М. и В., мнѣ недоставало, пришло само собою, такъ что я успѣлъ не тольно догнать, но и перегнать пресловутыхъ товарищей моего дѣт- ства, старѣйшихъ меня лѣтами, которыхъ мнѣ всегда въ образецъ ста- вили. Но вотъ, кажется, я и превозноситься сталъ! А давно ли еще повторялъ молитву: <Духъ цѣломудрія, смиренномудрія и любви даруй ми рабуТвоему>. Таковъ человѣкъ! У Французскихъ актеровъ затѣялась исторія по случаю перемѣ- щенія Бальи въ П'етербургскую придворную труппу на трехтысячный окладъ, по одному его письму къ А. Л. Нарышкину и безъ вѣдома его товарищей. Вся труппа въ большой суматохѣ и посылала депутатовъ ДюпарСі Белькура и Меріенна жаловаться главнокомандующему, кото- рый это дѣло отъ себя отклонилъ. Дѣлать нечего: они, т. е. автеры, хотятъ публиковать въ газетахъ о поступкѣ ВаіШ, а съ тѣмъ вмѣстѣ и объявить публикѣ, что, по принятымъ ими мѣрамъ, такихъ случаевъ больше не будетъ. Смирновъ переводилъ имъ объявленіе.