его предсталъ надъ холодными водами обликъ будущаго монастыря, но и эта картина только варіантъ видЪнной въ дМствительности картины съ темнымъ силуЭтомъ монаха на фонЪ сливающагося съ воздухомъ неподвижнаго, спящаго моря. Если въ чемъ художникъ отступилъ отъ натуры, то лишь въ рисункЪ розовагооблака, которому придалъ смутныя очертанія Соловецкихъ храмовъ. ВсЪ эти картины Нестеровъ выставилъ на своей собственной отдЪльной выставкЪ, гдЪ появился и рядъ другихъ холстовъ, нанисанныхъ художникомъ частью по возвращеніи изъ Соловковъ, т. е. въ періодъ съ 1901 по 1906 годъ, частью же и гораздо раньше. Среди нихъ прежде всего бросались въ глаза два' варіанта, заставлявшіе невольно всномнить и кХристову НевѢсту» и ножалуй еще больше Фленушку «На горахъ». Только на сей разъ Фленушка была не одна. Рядомъ съ скорбно задумавшейся женщинои стоялъ красавецъ, чернокудрыи кунецъ-молодецъ, равнодушно отвернувшійся отъ нея и унесшійся мыслью куда то далеко вслЪдъ за убЪгающимъ по ВолгЪ пароходомъ. Приложете кЪ стр. 88.. На другомъ варіантЪ красавца не было (онъ былъ сначала написанъ, и затЬмъ соскобленъ художникомъ), но во всей фигурЪ сидящей была та же тоска покинутой женщины. СтР. 7і. Варіанты эти не даромъ напоминали «На горахъ». Они являлись звеньями цЪлой серіи когда то задуманнаго Нестеровымъ романа въ картинахъ. Первая картина должна была рисовать передъ читателемъ женщину въ безысходной тоскЪ, ищущую выхода смутнымъ порывамъ своей души. Она была написана и названа «На горахъ». Вторая —должна была рисовать роковую встрЪчу тоскующей женщины съ героемъ ея романа. Судьба сталкиваетъ ихъ случайно на дворЪ монастыря, куда оба они пріЪзжаютъ на богомолье. Картина эта не была написана, Третья картина изображала наступившее со стороны героя охлажденіе. Это была картина, появившаяся на отдЪльной выставкЪ художника подъ названіемъ «За Волгой». (Варіантъ ея также представлялъ варіантъ того же самаго мотива). Сюжетъ четвертый долженъ былъ изображать «Великій постригъ». Измученная тоскою, молодая женщина хочетъ замолить свой грЪхъ и ищетъ успокоенія въ могильной тишинЪ кельи. Наконецъ, послЪдняя картина должна была изображать финалъ романа. Монастырь не далъ несчастной женщинЪ того, чего жаждала ея душа. Ни трудъ, ни постъ, ни пламенныя молитвы не принесли мира измученной душЪ, и страдалица ищетъ послЪдняго успокоенія, бросаясь съ обрывистаго Волжскаго берега въ объятія смерти. Эта картина осталась не написанною. Циклъ этихъ задуманныхъ картинъ очень характеренъ для Нестерова. Прежде всего онъ очень наглядно говоритъ о томъ, сколько еще въ НестеровЪ топ> отношенія къ искусству, горячими проповЪдниками котораго долгое время были 76
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4