b000001470

— Верно! Они его допрежь всё каким-то азиятам сбывали. Ну, и этот сбыли. Те опосля того: нет, говорит, господа, нам такого то- вару не надо, шалишь! Мы, мол, торговое-то дело не хуже вас произошли. Тем и поре- шили- А товару-то было заготовлено немало. Весь таперь и лежит вон в амбаре, — вон ка- менное строение прямо-то — вишь? Весь так снизу доверху битком и набит эвтим това- ром. Ничего с ним таперь и не поделают, потому — никто не покупает, — брак. — А товар-ат какой? — Материя такая, нетреплис прозывается. — Как ты сказал? — Нетреплис. — Ишь ты, какая мудреная! А бусурманы- тб, знать, как стали носить, так она и растре- палась? — Должно полагать, что растрепалась! Фабричный и товарищ его захохотали. — Пойдем-ка-сь, кум, — сказал фабричный, вставая и показав глазами на заведение: — нешто побаловать захотелось. Кум тоже поднялся, и оба они направились к заведению. На другой день, управившись в больнице, я проходил по фабрике к квартире Сидора Астапыча. Амбар, про который рассказывал накануне фабричный, растворен был настежь. Возле него стояли в кучкемладший Ватрушкин, Астапыч и становой, который, по просьбе Аста- пыча, ещеутром приехал на фабрику произво- дить над кем-то экзекуцию, что там случалось очень нередко. Я тоже подошел из любопытства. Амбар действительно снизу доверху был набит тюками с нетреплисом. 70