182 ПУБЛИКА НА БАЛУ МОСКОВСКАГО ДВОРЯНСТВА. венно красиво выдѣлялись бѣлизна мраморной лѣстницы и главнаго зала, нѣжная матовая окраска и тонкая лѣпная работа другихъ залъ, между тѣмъ, какъ сверкающіе хрустали и золото буФетовъ, блескъ люстръ и канделябровъ, цвѣтной бархатъ и шедкъ драпировокъ и мебели вносили въ общую гамму цвѣтовъ всѣ нужные колористическіе элементы для произведенія необыкновенно гармоническаго, художественнаго и изящнаго впечатлѣнія. Передъ входомъ въ кругдую Екатерининскую залу, возвышаясь на три ступени и выступая полукругомъ въ большую залу, помѣщалась ложа Ихъ Величествъ, окаймленная позолоченными перилами. По обѣимъ сторонамъ полукружія ложи возвышались, на высокихъ декорированныхъ постаментахъ, высокіе канделябры, а ближе къ боковымъ стѣнамъ зальі, съ обѣихъ сторонъ ложи, болыпіе Гштандарты. Надъ ложей находился двуглавый орелъ, увѣнчанный императорскою короной; направо и налѣво былъ помѣщенъ родовой гербъ Фамиліи Романовыхъ, красивый гриФЪ на серебряномъ полѣ, держащій стальной мечъ и золотой щитъ. Въ концѣ зала, противолежащемъ Императорской ложѣ, билъ Фонтанъ, среди громадной группы деревьевъ и цвѣтовъ ^ вверху надъ этою группой находился щитъ съ вензелемъ Ихъ Величествъ, убранный Флагами и окруженный давровымъ вѣнкомъ. По всему карнизу тянулась непрерывная кайма огней, наполнявпіихъ, въ соединеніи съ люстрами, всю залу совершенно дневнымъ свѣтомъ. Въ Адександровской залѣ, на постаментѣ, обвитомъ тканью цвѣтовъ русскаго Флага, стоялъ серебряный ларецъ, съ грамотами, жалованными дворянству, и между ними грамота Александра I съ изъявленіемъ благодарности за дворянское ополченіе въ отечественную войну- здѣсь-же висѣли портреты Кутузова, Барклая, Багратіона и Ростопчина. Въ главной залѣ портретъ Государя былъ роскошно убранъ лаврами и цвѣтами. Въ Гербовой и боковой Екатерининской залѣ помѣщались буфеты съ конФектами, Фруктами, чаемъ и прохладительными напитками. Таковъ былъ видъ, который представляли залы бдагороднаго собранія въ вечеръ 19-го мая. Пріѣздъ публики начался съ 8-ми часовъ вечера, а толпы народа уже въ шестомъ часу начали собираться на площади Охотнаго ряда. Залы благороднаго собранія быстро наполнились избр^ннымъ московскимъ обществомъ. Ц^ Роскошныя бальныя платья и сверкающія уборы дамъ, красивые и разнообразные мундиры мужчинъ, производили особый эффѳктъ среди зелени, покрывавіпей стѣны. Между мужчинами особенно выдѣлялись наши кавказцы, средне-азіяты и калмыки. На одномъ калмыкѣ былъ бархатный каФтанъ и необыкновенные по богатству поясъ и шапка. Между гостями московскаго дворянства былъ и маленькій герой Геокъ-Тепе, Уразберды, сынъ Тыкма-Сердаря. На груди нѣкоторыхъ средне-азіатцевъ были ордена. Тифлисскій уѣздный предводитель дворянства, грузинъ, , былъ въ бѣломъ архалукѣ и малиновомъ бепіметѣ: костюмъ отличавшійся изящной простотою. Малоросдые японцы, члены посольства, были въ золоченыхъ мундирахъ по европейскому образцу.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4