10 РУССЕІЕ И ИНОСТРАННЫЕ ЕОРРЕСПОНДЕНТЫ. лиліь послѣ точиаго соблюденія извѣстныхъ Формальностей. Каждая иностранная газета, желавшая имѣть своего представителя въ Москвѣ, входила въ непосредственныя сношенія съ мѣстнымъ русскимъ посольствомъ, точно опредѣляя личность своего корреспондента. Посодьство вникало въ данныя, представленныя редакціею, и, собравъ свои свѣдѣнія, иди отклоняло ходатайство, или же пересылало его со своимъ рекомендательнымъ заключеніемъ въ Петербургъ. Заявленія со стороны иностранныхъ газетъ начали поступать такимъ путемъ съ Февраля мѣсяца. Полное завѣдываніе этимъ дѣлоімъ было поручено министромъ Двора его же чиновнику для особыхъ порученій, Н. А. Ваганову, извѣстному эксперту временъ граФа Игнатьева и бывшему видному земскому дѣятелю Псковскои губерніи. Заграничные корреспонденты были встрѣчены съ чисто русскимъ гостепріимствомъ: ихъ затраты кончались чуть-что не съ той минуты, какъ они переступали нашу границу; имъ были предоставлены отъ казны не только даровые билеты на проѣздъ по желѣзнымъ дорогамъ, но. и номера въ гостинницахъ, казенный экипажъ и даже суточные по 6 руб. на каждое лицо. Наиболыпеѳ число корреспондентовъ прислала Французская пресса, и между ними было нѣсколько именъ, хорошо знакомыхъ русской публикѣ. Во главѣ ихъ стоялъ извѣстный сотрудникъ «Figaro» Альбертъ Вольфъ, справедливо называемыи божкомъ современнаго репортерства во всѣхъ его видахъ и развѣтвленіяхъ. Пріѣхалъ также и соперникъ ВольФа по части быстроты и полноты извѣстій, Орельенъ Шоль, представитель конкурирующаго съ «Figaro» либерадьнаго и республиканскаго органа «P]venenieiit». Затѣмъ, въ числѣ другихъ корреспондентовъ, для описанія и изображенія въ рисункахъ коронаціи, былъ, между прочимъ, хорошо знакомыи нашимъ задунайскимъ бойцамъ прошлой турецкой войны, Дикъ де-Лонлэ, потомокъ древняго дворянскаго дома, бывпіій гвардеецъ Наполеона III; нашимъ войскамъ онъ сопутствовалъ настолько же въ качествѣ корреспондента, насколько и волонтера, и удостоился наградъ за военное отличіе. Помимо печати и русскіе художники приняли участіе въ воспроизведеніи выдающихся моментовъ торжества священнаго коронованія. Изъ числа четырнадцати художниковъ, приглашенныхъ съ цѣлью написать картипы величиною въ листъ писчей бумаги, съ платою по тысячѣ рублей за каждую картину, г. К. Маковскому поручено было написать обѣдъ въ Грановитой Палатѣ; г. Крамскому —два момента священнаго торжества въ Успенскомъ соборѣ, г. Каразину —торжествешый въѣздъ въ Москву Ихъ Императорскихъ Величествъ и народный праздникъ; г. Адександровскому —балъ во дворцѣ; г. Богданову —балъ у генералъ-губернатора. Императорская академія художествъ поручила г. Крамскому написать двѣ болыпія картины, живописующія коронованіе Ихъ Величествъ. Наконецъ, извѣстному художнику Верещагину было дано разрѣшеніе устроить на кодокодьнѣ Ивана Великаго мастерскую для снятія церемоніи коронаціоннаго шествія. Особенно много работы по приготовленію къ коронаціи выпало на додю
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4