146 ИЛЛЮМНАЩЯ КОЛОЕОЛЬНИ ИВАНА ВЕЛИЕАГО. ской бапшѣ, какъ бы по мановенію волшебнаго жезла, вспыхнула сверху до низу громада Ивана Велйкаго. Кремль представлялъ картину своеобразной и поразительной красоты, и слѣдуетъ отдать полную справедливость лицамъ, которымъ принадлежала идея этой иллюминаціи. Иллюминованы быди всѣ архитектурныя линіи кремлевскихъ башенъ и стѣнъ. Помимо стаканчиковъ, опоясывавшихъ въ нѣсколько рядовъ корпуса башенъ и тянувшихся по всѣмъ швамъ ихъ крышъ, башни эти освѣщались еще цвѣтными бенгальскими огнями, сіявшими изъ оконъ, и электрическими вращающим.хя солнцами, которые бросали снопы ослѣпителънаго свѣта изъ верхняго яруса каждой башни. Эти снопы свѣта поперемѣнно падали на свѣжую зедень деревьевъ, на рѣку, на улицы, на дома Замоскворѣчья и производили удивительный эффсктъ, Во всей красѣ сіяла колокольня Ивана Велйкаго, представлявшая поразительное, невиданное зрѣлище. Иванъ Великій казался отлитымъ изъ сверкающаго зодота, и этотъ золотой коллосъ горделиво высился надъ всѣми остальными зданіями Еремля, весь сіядъ на темномъ фонѢ неба, между тѣмъ какъ подошва его озарядась красноватымъ отблескомъ бенгадь - скихъ огней. На верху, амбразуры колокодьни освѣщались изнутри красными бенгальскими огнями и среди нихъ ярко вырисовывадись черные силуеты колоколовъ. Еще выше каждое окно было освѣщено изнутри-же зеленымъ огнемъ, снаружи —съ карнизовъ зажигадись синіе и лиловые огни. Нельзя представить себѣ чего-нибудь болѣе мягкаго, спокойнаго и тепдаго, какъ преобладающій зодотистый цвѣтъ иллюминаціи Ивановской колокодьни: это— chef d'ocuvre иллюминаціонно - декоративнаго искусства. Противъ самаго дворца на Москвѣ-рѣкѣ высоко билъ роскопгаый Фонтанъ, устроенный г. Листомъ, а окодо Таиницкой башни кидалъ въ воздухъ евои громадныя струи другой Фонтанъ. Изъ домовъ, находящихся на сторонѣ набережной, противоположной дворца, выдѣлядись своею изящною и роскошною илдюминаціей и убранствомъ дома гг. Листа и Гейса. Народъ сплоішюю тодпою занималъ обѣ стороны набережной, и непрерывные клики «ура» далеко разносились по воздуху. Особенно чудный, волшебный видъ открывался съ террасы дворца; это было нѣчто поражающее, Фантастическое, сказочное. Все Замоскворѣчье, съ его холмистыми улицами, съ его массою кодоколень и церквей освѣщалось нѣсколькими дучами эдектрическихъ солнцъ и было залито огнемъ иллюминаціи. Прямо надъ террасой, по набережной надъ обрывомъ, въ которомъ находился садъ, шда гирдянда бѣлыхъ Фонарей, внизу, въ саду —виднѣлись массы разноцвѣтныхъ огоньковъ, гирляндами же качавшихся въ воздухѣ, между зеленью деревъ, —далѣе кремлевская стѣна, внизу опоясывающая садъ, верхушки которой, зубцы, обнесены огненньши точками (шкадики). Всѣ восемь башень, которыя видны съ террасы, иллюминованы шкаликами по всѣмъ линіямъ. Ихъ великолѣпно вырисовывающіеся на темномъ фонѢ неба огненныя очертанія вдругъ заблестятъ какъ рядъ микроскопическихъ солнцъ.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4