видимо, давно стоит на своих местах и уже по привычке как бы застыло. Страшно даже итти по полу, идешь как будто бы по скатерти, на:столько белы половички". Затем идет очень подробная характеристика хозяина дома, которая кончается таким образом: „что-то проскальзывало в нем хорошего, умного, и хотелось посоветовать ему чтонибудь, но, конечно, я ничего не советовала. Вышла на улицу и представилась мне его жизнь. Ежедневно одинокая, спокойная, скучная. А ведь с его умом другой, смотришь, устроился бы гденибудь н жил бы, действительно бы жил, а не прозябал. Но это „где-нибудь", а не здесь. Здесь все так живут и мирятся на том, что у них есть свой дом, свой уют. За этим непосредственно следует характеристика P., обитателя „одного из тех уютных уголков, где на окнах всевозможные цветы, начиная от карликовых цикламенов и кончая ярко-красной геранью. Вообще в доме царит тишь, гладь да божья благодать. Всего вдоволь. Когда говоришь с ним, то как то сразу чувствуешь, что перед тобой умный человек. На все у него есть свой мнения, свой взгляды. Он читает довольно много, газеты и интересующие его руководства по земледелию и огородничеству. Но все эти свои^лучшие качества он вбивает в материальное благоустройство. У него и корова, и пчельник, и огород свой. Характеристика Р. оканчивается в том же духе, как и предшествующая, „Он много мог бы дать обществу, народу, но только не здесь, в этом красивом, поэтичном, но умирающем Суздале". Отдельно в той же тетради под заглавием „Материалы для типа суздальского ремеслен66
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4