виде на столе. Оказалось, что и жена этого кустаря работает, но не здесь в мастерской, а наверху, в кухне около самой печки. Ей очень удобно: не отрываясь от дела, она следит и за печкой и за детьми. Ей приходится шлифовать ручки ножниц, так как работа эта гораздо легче. Кустари рассказали, что дома ножницы шлифуются два раза и кроме того два раза бывают на фабрике. После первой шлифовки они поступают в шлифовочное отделение фабрики, а после второй никелируются на фабрике.. Мы также пошли на фабрику. Она помещается за дворами, совсем рядом с деревней. Тут есть и своя электрическая станция. Этим электричеством пользуются все жители Хренова". На следующий день, разделившись на небольшие группы, отправились знакомиться с городскими кустарями. „Из открытого окна подвала доносился визгливый и назойливый шум. Смотришь внутрь и видишь какой-то станок, за которым работает мужчина. „Вы кустарь?" —спрашиваешь, и после утвердительного ответа просишь позволения войти. Под крьшьцом устроен вход в подвал; согнувшись, проходишь, и перед тобою мастерская кустаря. Стоит станок, зажимы, какие-то пеньки, на которых обтачивают куски металла, и все это покрыто густым слоем стальных опипок. На станке серия всевозможных напильников и подпилков. Работают двое, хозяин дома и его брат, парень лет 18-ти. Оба грязные, худые, желтые. Одеты они тоже грязно и просто. Поверх одежды фартук. Они с ожесточением „ликуют" дугу, крышку и все остальные части замка. От этой работы в мастерской стоит визгливый, лязгающий, действующий на нервы 110
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4