b000001454

— 26 — были произведены, причемъ 10 дек. 1850 года губерн, Строительная и Дорожная Коммиссія донесла объ окончаніи ихъ, пояснивъ, что куполъ устроенъ „по привиллегирован- ному способу фабрики Старчикова, а крыша покрыта золо- ченой сѣткой, каковое покрытіе, по теоретическимъ выво- дамъ, можетъ существовать гораздо долѣе обыкновенной позолоты". Изъ дѣла видно, что сѣтка была положена на листѣ красной мѣди, а мѣдные, позолоченные черезъ огонь листы древней кровли „не употреблены въ дѣло, а остались у купца Никигина" Тѣмъ неменѣе купецъ Никитинъ имѣлъ смѣлость донести Епархіальному Начальству, что на пере- устройство купола онъ пол^ертвовалъ до 10 тысячь руб. серебромъ. Въ видѣ нѣкотораго искупленія „безкорыстія" принесенной жертвы Никитинъ сдѣлалъ вкладъ въ пользу собора: хоругви, мѣдный ковчегъ, 6 мѣдныхъ лампадъ, 4 шкафа, 12 табуретовъ, 4 свѣчи къ мѣстнымъ иконамъ, всего на сумму 410 руб. серебромъ. 12 марта 1852 года Никитинъ былъ награжденъ золотоа медалью на Александ- ровской лентѣ. Позолоченая сѣтка на куполѣ собора существовала лишь 7 лѣтъ. Теоретическіе выводы Строительной и До- рожной Коммиссіи были вполнѣ разрушены бурей, бывшеп 22 го сентября 1857 года, когда на западной сторонѣ со- бора была повреждена кровля, а сѣтка со всѣхъ сторонъ загнз^лась, причемъ съ сѣверо-западной была сорвана и сброшена на землю. 2-го декабря того же года мѣстный благочинный донесъ, что поврежденія исправлены надле- жащимъ образомъ. Донесеніе было краткимъ и совершенно неяснымъ. Дальнѣйшая судьба сѣтки неизвѣстна. При ис- полненіи Высочайшаго повелѣнія о приведеніи собора въ первобытный видъ не возникало предположенія объ устрой- ствѣ отопленія зданія, а потому совершеніе богослуженія прекращалось съ наступленіемъ холода. 26 октября, въ день храмового праздника, двери собора открывались и служба церковная торжественно совершалась въ послѣдній разъ, а за тѣмъ храмъ снова закрывали до наступленія болѣе теплаго времени. Между тѣмъ, строительная техника уже давно выработала пріемы и способы примѣненія различныхъ системъ отопленія къ зданіямъ безъ нарушенія ихъ цѣлости и безъ риска ускорить процессъ ихъ разрушенія. Вслѣдствіе этого и въ виду особаго значенія и важ- ности Дмитріевскаго собора, какъ единственнаго въ своемъ родѣ памятника родной старины, устройство отопленія было необходимымъ; съ другой стороны безъ церковныхъ службъ небыло въ соборѣ и церковныхъ средствъ, чтобы сохранять и поддерживать его въ должномъ благолѣпіи; граждане на