b000001454

— 9 — раскрытымъ свиткомъ и въ коронѣ на головѣ, проф. Кон- даковъ разумѣетъ Царя Соломона, своимъ присз г тствіемъ среди животнаго и растительнаго царства, какъ бы связую- щаго міръ въ одно и.ѣлое своимъ мз'дрымъ пониманіемъ его. Такъ де самая внѣшность храма назначалась для того, чтобы подготовить молящагося къ пониманію священнаго писанія, которое открываетъ человѣку и самый міръ, его окружающій, чтобы прославить книжную науку во времена невѣжества (стр. 30—31 „Русскія древности J899 г."). Стало быть, мы аолн<ны видѣть въ нашемъ пророкѣ то царя Соло- мона, то новозавѣтнаго Эммануила и раскрытый предъ нами образъ міра естествъ и міра 43'десъ, согласно съ воззрѣніями старины. Словомъ, скульптурная декорація собора предста- вляетъ ярк\'ю параллель „Гол5'биной книги", которая яв- ляется типомъ переложенія сказаніп миѳологическаго и есте- ственнаго содержанія въ формѣ катихизиса христіанской натз г ралистической и моральной философіи (стр. 36). Рісточ- ники для изученія рельефовъ Дмитріевскаго собора з'казаны въ сочиненіи Байе „Византійское искусство", изданіе редакціи Вѣстника изящныхъ искусствъ. Отдѣльныя скульптзфныя изображенія, по указанію Байе, находятся въ Ксеропотам- скомъ монастырѣ на Аѳонской горѣ, въ храмѣ св. Марка въ Венеціи, на куполіз собора въ Периге (южная Франція), въ коллекціи Бастора, на ковчегахъ, находящихся въ Кор- тонѣ и Сапсѣ, на чеканныхъ окладахъ Грузіи XII в., въ коллекціи Базильскаго (рѣзьба по кости), хранящейся въ Императорскомъ эрмитажѣ, во дворцѣ Рабатъ Амманъ въ Сиріи (ѴШ — X в.в.), въ кабинетѣ медалей Парижской На- ціональной Библіотеки и въ отдѣльныхъ церковныхъ риз- ницахъ, пз 7 бличныхъ мз т зеяхъ и въ частныхъ коллекпіяхъ, въ особенности Уэствз т да (Descriptive Catalogue of the fictile ivories, London 1876 г., въ изданіяхъ Кенсингтонскаго м\ зея). Въ этомъ каталогѣ заключается самый полный списокъ про- изведеній рѣзьбы изъ кости, хранящихся въ разныхъ евро- пейскихъ собраніяхъ. Отдѣльные сюжеты Дмитріевскаго собора напоминаютъ персидскія скульптуры, но чрезвычайно сходны съ рѣзными произведеніями изъ кости, происхожден.ія , несомнѣнно, гре- ческаго. Изображенія жйвотныхъ и орнаментальные мотивы имѣютъ византійское происхожденіе, такъ какъ на востокѣ встрѣчаются въ большомъ числѣ византійскія плиты, пред- ставляющія орловъ, львовъ и ланей. Замѣчательно, что многія изъ этихъ плитъ, по заключенію Байе, воспроизво- дятъ часто такіе мотивы, которые повторялись въ восточномъ искусствѣ съ глубочайшей древности и въ средніе вѣка безпрестанно являлись на фабрикованныхъ въ Азіи тканяхъ (свѣдѣнія о развитіи и значеніи миніатюры изложены въ