b000001454

— 8 — Такимъ образомъ устанавливается, что вопросъ объ источникѣ вліяній и путяхъ, по которымъ распространялось и дѣйствіемъ коихъ сложилось искусство, вылившееся въ архитектоническихъ формахъ Дмитріевскаго Собора, въ наукѣ доселѣ не разрѣшенъ. Столь же разнородны мнѣнія о смыслѣ и мотивахъ отдѣльныхъ сценъ и общей схемы рельефныхъ украшеній собора, имѣющаго видъ стола, какъ бы покрытаго богато вышитой скатертью. Графъ Стро- гановъ усматриваетъ въ рельефахъ собора изображеніе событій изъ жизни самого святаго Дмитрія, какъ проконсула Македоніи, и гербы македонскихъ городовъ; Чаевъ примы- каетъ къ этому мнѣнію. Віоле ле-Дюкъ усматриваетъ въ изображеніяхъ картину творенія міра; іеромонахъ Іоасафъ видитъ въ нихъ отраженіе вліянія апокалипсиса; Доброхо- товъ — славословіе Творца неба и земли, а Кондаковъ— ска- занія голубиной книги. He исключаетъ возможности и предположеніе о перестановкѣ камней съ разными укра- шеніями при одной изъ реставрацій. Директоръ СПБ. Архео- логич. Института Н. В. Покровскій предполагаетъ суще- ствованіе архитектурныхъ подлиниковъ, съ которыхъ ма- стера копировали отдѣльныя фигуры и общія сцены, на подобіе иконописныхъ подлинниковъ, существующихъ до- селѣ. Такое заключеніе служитъ основаніемъ къ высказан- -ному мною въ 1881 году (очеркъ исторіи гор. Владиміра) мнѣнію, что Дмитріевскій соборъ построенъ русскими мастерами, такъ какъ еще въ 1175 году ростовцы называли владимірцевъ своими каменщиками, а Лаврентьевская лѣто- пись подъ 1194 годомъ прямо говоритъ, что ростовскій епископъ Іоаннъ, для возобновленія соборной иеркви въ Суздалѣ, нашелъ во Владимірѣ искусныхъ мастеровъ, умѣв- шихъ лить олово, крыть крыши и бѣлить известью. Въ книгѣ „Русскія древности въ памятникахъ искусства", из- данной въ 1899 г. графомъ И. Толстьшъ и проф. Кондако- вымъ, утверждается, что мастера у князя Всевлода были- свои, то есть русскіе, владимірскіе и ростовскіе и лишь допускается возможность, что они работали подъ руковод- ствомъ иноземца. Интересное мнѣніе, изложенное въ этомъ изданіи по вопросу объ общей мысли, выраженной въ рельефахъ со- бора, приводится нами въ краткой передачк представляемый въ рельефахъ Дмитріевскаго собора міръ, не-простой, ре- альный, всѣмъ извѣстный. но міръ Премудрости Божіей, открывающійся Божескимъ просвѣщеніемъ, книжнымъ муд- рымъ поученіемъ. Поэтому царственный юноша пророкъ, на котораго сходитъ Духъ Святый, есть ветхозавѣтный прообразъ Новозавѣтнаго Учителя. Въ юномъ пророкѣ возсѣдающемъ на престолѣ, подобно Эммануилу, но съ