b000001444

— 8 — Если актеры ѣхали въ Москву со страхомъ, то и въ Москвѣ ихъ ожидали не безъ смущенія. Приказаніе царя строить „комедійную храмину к на Красной площади близъ тріумфальныхъ избъ привело въ сомнѣніе дьяковъ^посоль- скаго приказа. Ознакомившись черезъ переводчиковъ съ нѣкоторыми пьесами, привезенными „комедіантскимъ пра- вителемъ", дьяки докладывали своему начальнику, боярину Головину, что въ тѣхъ пьесахъ „мало пристоинства", и что „ежели комедійные хоромы въ такомъ знатномъ мѣ- стѣ й великимъ иждивеніемъ строить, а дѣло у нихъ бу- детъ малое, ,и зато они опасны государеву гнѣву". Для Петра театръ былъ образовательной школой, для дьяковъ посольскаго приказа — непристойной забавой, которую не слѣдъ было помѣщать на такомъ знатномъ мѣстѣ, какъ Красная п/гощадь. Но рѣшимость Петра труд- но было поколебать подобными заявленіями. Всѣ препят- ствія были преодолѣны, и скоро „комедійная храмина" уже красовалась на Красной площади. На ея постройку было истрачено болѣе 1.000 рублей. На святкахъ 1702 г. — дважды въ недѣлю, по понедѣль- никамъ и четвергамъ, вечерами часовъ до девяти по ули- цамъ Москвы, прилегающимъ къ Кремлю, внимательный наблюдатель могъ замѣтить нѣкоторое особое движеніе: кучками идутъ люди череЗъ ворота, ведущія на Красную площадь. У воротъ они останавливаются и, заплативъ сто- рожамъ указанную по воротамъ пошлину, двигаются дальше. Это — «охотные смотрѣльщики", публика, спѣшащая на те- атральное представленіе. ТІройдя ворота, они тотчасъ же смѣшиваются съ многоголовой, суетливой, шумной толпой,