b000001434

Купецъ, въ день именинъ своихъ и жены, если только живетъ съ нею ладно, даетъ закуски, обѣды, а иногда и роскошные балы; на балахъ музыка обыкновенно бываетъ съ литаврами; за ужиномъ играютъ рус- скія пѣсни, а въ то время, когда пьютъ здоровье, бьютъ тупш. Во все время бала, гости сохраняютъ какую-то чинную важность; мо- лодые танцуютъ, пожилые играютъ въ мушку, пикетъ и бостонъ. Пожилыя дамы и нетанцующія сидятъ около дессерта, разставленнаго на столахъ въ гостиныхъ и уничтожаютъ его съ прилежаніемъ, большею частію молча или при разговорахъ отрывистыхъ, утвердительныхъ и отрицательныхъ зна- кахъ своихъ головокъ, сіяющихъ въ это время жемчугами и брилліантами. За ужиномъ гости, обыкновенно понуждаемые радушнымъ хозяиномъ, пьютъ много, очень много за его здоровье; тутъ важность и принужденность исчезаетъ и уже разъѣзжаются домой, не какъ съ бала, а какъ съ про- стой попойки, а иные даже вынужденными остаются ночевать. Иногда бываетъ, въ особенности на свадебныхъ пирахъ, что при возглашеніи здоровья, гости за ужиномъ перебьютъ всю посуду, а сами пойдутъ въ присядку; но это ни сколько не ставится имъ въ конфузію, напротивъ, вмѣняется въ доброжелательство къ хозяину и означаетъ, что они довольны угощеніемъ. Свадьбы совершаются большею частію по вы- бору родителей, которые руководствуются въ этомъ случаѣ расчетами по торговлѣ, и молодая купеческая дочка въ Москвѣ рѣдко осмѣливается мечтать о своемъ суженомъ, если онъ ей не назначенъ волею родителя. Вы видѣли купца въ его семействѣ, въ театрѣ и на прогулкѣ, те- перь ступайте за нимъ въ Ряды и Гостиный дворъ. Тамъ всѣ его чув- ства занимаетъ одна мысль: продать товаръ лицомъ и взять за него столь- ко прибыли, сколько это будетъ возможно. — Я часто пюбилъ шататься по Рядамъ безъ цѣли, отъ скуки, признается Вистенгофъ; купцы, бывало, такъ привыкли, что я ничего не покупалъ, а только ротозѣйничалъ, что мнѣ никто не кричалъ: пожалуйте-съ, почтеннѣйшій господинъ, что поку паете-съ? Но зато я любовался, какъ они досаждапи своимъ кри- комъ другимъ. Впрочемъ я не соглашусь, чтобъ подобное обыкновеніе приглашать было совершенно не нужное, если бы оно не дѣпалось прямо въ ухо, иногда даже, какъ будто съ намѣреніемъ надоѣдать. Часто придешь въ городъ и во множествѣ покупокъ, забудешь необ- ходимую вегць, но вдругъ услышишь номенклатуру предметовъ: булавки, шпильки, иголки, помада, духи, вакса, сахаръ, чай, обстоятельныя лакей- скія шииели, фундаментапьныя шляпы, солидные браслеты, нарядные сапоги, сентиментальныя колечки, помочи, перчатки, восхитительная кисея, презе- нтабельныя ленты, субтильные хомуты, интересное пике, нѣмецкіе нлатки, боръ де суа, бархатъ веницеёскій, разныя авантажныя галантерейныя вещи, сыръ голладскій, мыло казанское и въ заключеніе: пожалуйте-съ, поч- тенный, у насъ покупали. Смотришь, иногда въ поименованныхъ просто чудо-юдо! Представляютъ, какъ мертвецы оживутъ да и начнутъ плясать по ночамъ; но только что расплясались, вдругъ гдядь, анъ чертито ихъ цапъ-цзрапъ, и они опять въ аду». Само собою разумѣется, что при такихъ понятіяхъ о театральномъ представленіи, разсказываіощій имѣотъ бороду, которую онъ при сеиъ случаѣ и поглаживаеть . 2б