b000001434

«Благодаря этому, послѣ пожара і8і2 года и до нашихъ дней, — пи- / шетъ Вистенгофъ, — съ каждымъ годомъ наружный видъ Москвы укра- шается быстрою постройкою огромныхъ, красивыхъ домовъ, принадле- жавшихъ казнѣ и частнымъ пицамъ. Тротуары на многихъ улйцахъ сдѣланы изъ асфальта_или дикаго камня и не представляютъ тѣхъ затрудненій для пѣшеходовъ, ^какъ это было нѣсколько лѣтъ назадъ; площади вездѣ чисты и украшены фонта- нами». Вообще же дома въ Москвѣ строились въ одинъ, два и до четырехъ этажеи; послѣднихъ было очень немного; излюбленная стройка москвичей того времени — въ два этажа. Улицы, во всемъ разнообразіи построекъ, все же «не имѣютъ никакого особеннаго отличія другъ отъ друга», и «огромные домы перемѣшаны ча- сто съ неболышши домиками». «Если это противно принятому плану новѣйшихъ городовъ»,— замѣ- чаетъ современникъ, — «не менѣе того въ Москвѣ, это разнообразіе имѣетъ свою хорошую сторону. Вы видите палаты вельможи подлѣ мирной хи- жины ремеспенника, которыя не мѣшаютъ другъ другу, у каждаго своя архигектура, свой масштабъ жизни; ходя до Москвѣ, вы не идете между двумя рядами каменныхъ стѣнъ, гдѣ затворены одни расчеты и страсти, но встрѣчаете жизнь въ каждомъ домикѣ отдѣльно. Холмы, на которыхъ расположена Москва, доставляютъ удовольствіе наблюдателю, раскидывая передъ нимъ чудесныя картины; часто, идучи по. какой-нибудь кривой извипистой улицѣ, вы вдругъ. видите себя на вер- шинѣ горы, подъ вами разстилается огромный городъ съ его безчислен- ными башнями, церквами и высокими колокольнями». Странно, своеобразно застраивалась Москва. Безъ онредѣленнаго шіа- на: гдѣ кто сѣлъ, тамъ и строился. И строилась, не признавая никакихъ правидъ архитектуры, никакихъ — въ громадномъ болыпинствѣ случаевъ — запросовъ эстетики. Бѣпинскій ') слѣдующимъ образомъ объясняетъ эту московскую свое- образность: «Вслѣдствіе неизбѣжнаго вторженія въ Москву европеизма, съ одной стороны, и въ цѣлости сохранившагося элемента старинной неподвижности, съ другой стороны, она вышла какимъ-то причудливымъ городомъ, въ которомъ пестрѣютъ и мечутся въ глаза перемѣшанныя черты европеизма и азіатизма. Раскинулась и растянулась она на огромное пространство 2 ): кажется, куда огромный городъ! А походите по ней, — и вы увидите, что ея обширности много способствуютъ дпинные, предпинные заборьі. Огром- ныхъ зданіи въ ней нѣтъ; самые большіе дома не то, чтобы малы, да и не то, чтобы велики; архитектурнымъ достоинствомъ они не щеголяютъ, Въ ихъ архитектуру явно вмѣшался геній древняго Московскаго Царства, который остапся вѣренъ своему стремленію къ семейному удобству. Ц «Петербургъ и Москва», статья В. Бѣлиискаго въ сборпикѣ «Фдзіологія Петербурга«. -) По Внстеыгофу, окружность Москвы къ 1840 г. достигала 40 верстъ. 10