b000001434

большой наблюдатель нравовъ, а необходимость приноравливаться еже- дневно къ новымъ характерамъ какого - нибз^дь десятка людей сдѣлала нечувствительно изъ него смѣтливаго и тонкаго человѣка, Странна жизнь, тяжело ремесло этого извозчика, пропускаемаго ежедневно проходившими, безъ всякаго вниманія, между тѣмъ, какъ онъ почти для каждаго болѣе ипи менѣе необходимъ. Выѣхавъ съ постоялаго двора, прикпеенный къ своимъ дрожкамъ, онъ смотритъ на всѣ стороны огромнаго города, не зная, гдѣ приведется ему на своемъ разбитомъ рысакѣ гранить Московскую мостовую; вдругъ очутился онъ подъ Донскимъ или въ Лефортовѣ, на Зацепѣ или на Во- робьевыхъ горахъ. To везетъ угрюмаго сутягу, не говорящаго съ нимъ ни слова, толстаго какъ бочку и шибко вредящаго его рессорамъ; то ка- тается съ забубеннымъ кутилою, требующимъ отъ его клячи лихой ѣзды; то везетъ капризную старуху, досадующую на то, что дрожки толкаютъ ее по ухабамъ, то ѣдетъ съ пьянымъ шишиморою, который ни за что ни про что сильно безпокоитъ его подъ бока и даетъ подзатыльникъ за то только, что онъ не предостерегъ отъ паденія его шляпу, находившуюся на бекренѣ. Въ началѣ своего поприща, когда извозчикъ назывался ванькой, сѣдоки его были, большею частью, кухарки, экономки, приказные — не франты, a ѣздоки по необходимости, иногда наши мужички, которыхъ онъ возилъ въ кре- щенскіе морозы, проводя за гривен- никъ, длинную діогональ по городу; изрѣдка нанималъ его какой - нибудь франтъ, выходившій прогуляться пѣшкомъ и, случайно, встрѣчавшій надобность быть скорѣ дома; но франтъ садился въ его сани съ видимымъ презрѣніемъ, которое ванька давно привыкъ сносить отъ своихъ и отъ своего брата извозчика. Бывало наскочитъ лихачъ, да отломаетъ своею здоровою оглобпею некрѣпкій задокъ его саней и еще разругаетъ, какъ обыкновенно ругаются извозчики; бывало лошаденка его ни съ того, ни съ другого, начнетъ дурить и загородитъ дорогу въ какомъ-нибудь тѣсномъ мѣстѣ, а тутъ несется карета, которая того и гляди уничтожитъ и бѣднаго Ивана и его родимаго коня; ипи на- падетъ будочникъ и начнетъ тузить за то, что сталъ неловко — видишь, очень близко къ тротуару; также случалось, что найметъ его какой-ни- будь негодяй, гоняетъ цѣлый день по городу и, пріѣхавши въ ряды, или въ какой-нибудь казенныи домъ со сквозными воротами, оставляетъ, не заплатя денегъ. Словомъ, много горя надо было- — какъ и теперь — перене- сти въ жизни ваньки-извозчику! Но вотъ онъ работаетъ свою трудную работу уже десятокъ лѣтъ, скопилъ кой-какія деньженки, уладилъ понемногу запряжку и наконецъ дѣлается лихачемъ. У него окладистая борода, онъ толстѣетъ отъ пива. бз