не разрозненныеотдѣльные князья, какъвъ Батыево время, а крѣпкій волей или неволей сплоченный союзъ князеи, уже привыкшихъ дѣйствовать сообща; во главѣ этого союза стоялъ богатый и сипьный князь, выросіпій въ недовиновеніи хану, два раза отнимавшій великое княженіе у того князя, которому самъ ханъ давапъ это достоинство; у князеи и народабылъ, слѣдовательно, вождь, который хорошо зналъ, что такое война и что такое борьба съ татарами; этотъ человѣкъ десятилѣтнимъ мальчикомъ ходилъ въ военные походы и до тридцатилѣтняго возраста не покладалъ оружія, выдерживая борьбу съ Литвой, Тверью, Рязанью. У страныбылъ, наконецъ, центръ, который считали сердцемъ ея и враги и друзья—это быпа Москва: на Москву шелъ Мамай; въ Москвѣ стало собираться опопченіе князеи, шедшихъ дать отпоръ ордынцамъ; въ предѣлахъ московскаго владѣнія, проникнутый идеей московскаго величія, какъ величія всей земли, жилъ тотъ подвижникъ духа, который въ это время объединялъвъ себѣ своейжизнью иподвигами, дѣятельными духовными трудами, всѣ лучшіе помыслыи стремленія народа; этотъ носитель народнаго духа въ тѣ времена, игуменъ троицкаго монастыря преп. Сергій, все свое огромное вліяніе вложилъ въ дѣло возвеличенія Москвы, соединяя съ ея силой и могуществомъ сиду и могущество всей Руси. Такова была духовная и матеріальная обстановка, въ которой тогдашней русской землѣ дришлось встрѣчать Мамаево нашествіе. А Мамай готовилъ яростныйпоходъ на сѣверо-восточную Русь, стопь явно показавшую свое стремленіе къ независимости. Говорили, что онъпослалъ нанять крымскихъ генуэзцевъ, черкесовъ, ясовъ и другихъкавказцевъ, заключилъ союзъ съ Литовскимъ княземъ Ягайло; даже одинъ русскій князь, Олегъ Рязанскій, воздержался отъ того, чтобы присоединитьсякъ ополченію сѣверныхъ русскихъкнязеи, и вошелъ въ переговорысъ Ягайло, Олегъ и Ягайло разсуждали будто бы такъ: «Вотъуслышитъ великій князь Димитрій о приближеніи Мамая и о нашемъ союзѣ противъ него, тоуйдетъ изъ Москвы въ дальнія мѣста—въ Новгородъ илина Двину, а мызаймемъ тогда Москву и Владиміръ, и когда ханъпридетъ, то мы его встрѣтимъ съ болыііими дарами, и упросимъ вернуться, откудапришелъ, сами же, съ его согласія, подѣлимъ Московское княжество на двѣ части—одну къ Вильнѣ, другую къ Рязани, и возьмемъ на нихъ у хана ярлыки и для потомства нашего». Положеніе Олега Рязанскаго было довольно трудное: Мамай приближался къ его землямъ, которыя передъ тѣмъ только что были опустошены татарами; съ Московскимъ княземъ онъ давно не ладилъ, но, разбитый имъ, все же побаивался и московской силы, и потому подъ рукой далъ знать великому князю о движеніяхъ Мамая. Великій князь Димитрій, вмѣсто того, чтобы скрываться въ Новгородъ, пошелъ въ Коломну, куда приказадъ собираться ополченіямъ всѣхъ покорныхъему князеи, и рѣшилъ идти навстрѣчу Мамаю, чтобы предупредить соединеніе его съ Ягайло. Къ 15-му августа 1380 г., какъ быпо назначено, полки собрались, и тогда же передовые отряды перешли черезъ Оку и пошли въ степь; і-го сентября перешли черезъ Оку главныя силы, 6-го сентября войска подошлиуже къ Дону. Здѣсь была получена грамата на имя великаго князя отъ игумена Сергія, у котораго онъ благословлялся отправиться на бой съ татарами; 97 7
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4