комъ, Литовскій великій князь Ольгердъ неожиданно налалъ въ 1368 г. на предѣлы Московскаго княжества. Въ Москвѣ бросились собирать войска, но пока собирапи, Ольгердъ разбилъ передовой московскій отрядъ и явился подъ стѣнами Кремля. Вѣсть о нападеніи на его города нѣмецкихъ рыцареи заставипа Ольгерда снять осаду черезъ три дня и поспѣпшо удалиться во-свояси. Но онъ все же увелъ множество плѣнныхъ, весь скотъ, заставилъ Москву вернуть все, что она захватила у Михаила Тверского. Сорокъ лѣтъ Москва не знала вражескаго нашествія, и это первое нападеніе Ольгерда произвепо сильное впечатлѣніе на москвичей. Горечь неудачи они старались смягчить разсужденіемъ, что каменная стѣна все же спасла ихъ отъ горшей участи: какъ ни какъ, а Кремля Ольгердъ не взялъ, и даже самъ заговорилъ о мирѣ. Въ 137° г-) т.-е. черезъ два года, Ольгердъ снова напалъ на Москву, но и на этотъ разъ всего 8 дней про- •стоялъ подъ Кремлевскими стѣнами, затѣмъ послалъ въ крѣпость предложеніе заключить съ нимъ вѣчный миръ. Великій князь и его бояре согласипись только на шестимѣсячное перемиріе. Постройка каменныхъ стѣнъ имѣла большое лсихологическое значеніе: свидѣтельствуя о силѣ и ^огатствѣ строителей, каменныя стѣны, говоритъ И. В. Забѣлинъ, —подняли, возвысили у москвичей чувство независимости и стойкости въ борьбѣ съ врагами, укрѣпили вѣрованіе въ непобѣдимую сипу Москвы и ея дѣпа, породили естественное ощущеніе твердой опоры и безопасности, когда вокругъ стояла нескончаемая вражда и усобица. Это впечатлѣніе сипы выразилось своеобразнымъ замѣчаніемъ лѣтописца, отмѣтившаго фактъ постройки каменныхъ стѣнъ: «князь Димитрій Ивановичъ заложи градъ Москву камену и начаша дѣлати безпрестани; и всѣхъ князей русскихъ привожаше подъ свою волю, а которые не повиновахуся волѣ его, и на тѣхъ нача посягати». Посягнуло правительство великаго князя Димитрія и на остатки вѣчевого строя, мало вязавіпіеся съ новымъ государскимъ значеніемъ, какое начинаетъ просвѣчивать въ поступкахъ и положеніи великаго князя. Остаткомъ вѣчевого строя была въ городѣ Москвѣ должность тысяцкаго, начальника городского полка. Давно ужъ эта должность перестала быть избирательной и замѣщалась по назначенію князя, но не по всей княжеской волѣ, а только изъ представителей тѣхъ фамилій, которыя издавна давали изъ своей среды лицъ, достоиныхъ по общему признанію занимать эту важную и вліятельную должность —должность начальника военныхъ силъ города. Въ Москвѣ претендовали на исключительное право занимать должность тысяцкаго представители фамилій Вельямиповыхъ. Когда великій князь Иванъ Ивановичъ назначилъ тысяцкимъ боярина Алексѣя Хвоста, то этотъ Хвостъ черезъ нѣкоторое время былъ найденъ убитымъ. Москва обвиняла Вельямиповыхъ, противъ которыхъ поднялся даже мятежъ, вслѣдствіе чего двое старшихъ Вельяминовыхъ должны были отъѣхать въ Рязапь, но черезъ годъ они уже вернулись, и старшій Василій былъ облеченъ саномъ тысяцкаго. Въ 1374 г- этотъ Василій умеръ, и великій князь никого больше на эту должность не назначилъ. Тогда сынъ покойнаго, Иванъ, обидѣвшись, ушелъ въ Тверь и сталъ подговаривать Тверского 92
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4