святителю въ тяжелые годы послѣ смерти вепикаго князя Ивана Ивановича при его малолѣхнемъ преемникѣ Димитріи. Стараясь заранѣе предупредить возможность возникновенія распри среди самихъ московскихъ князей, митропопитъ заставипъ мапопѣтняго великаго князя Димитрія и его двоюроднаго брата Владиміра цѣловать крестъ на томъ, что они будутъ жить мирно; Владиміръ обѣщался слушаться во всемъ великаго князя, a Димитріи кпялся, что будетъ держать двоюроднаго брата въ любви и ласкѣ, не посягая на его Серпуховской удѣлъ. Чума, унесшая въ могилу Семена Гордаго, погубила многихъ другихъ князей; оставшіеся въ живыхъ подняли ссоры и распри за выморочные удѣлы, и владыка Алексѣй, чтобы прекратить смуты, не стѣснялся отлучать отъ церкви, закрывать храмы и прекращать священнослуженіе въ городахъ тѣхъ князей, которые были, по его мнѣнію, заводчики злу. Москва, ея дѣла и обстоятельства до такой степени заполняли время и досугъ святителя, что Литовскій князь Ольгердъ не безъ нѣкоторыхъ основаній могъ жаловаться на митрополита Алексѣя патріарху, что онъ, митрополитъ, «ни къ намъ (въ литовскія православныя области) не приходитъ, ни въ Кіевъ не наѣзжаетъ. И кто поцѣлуетъ крестъ ко мнѣ и убѣжитъ къ нимъ (т.-е. въ Москву), митрополитъ снимаетъ съ него крестное цѣлованіе». Мало того, что митрополитъ снимапъ крестное цѣлованіе съ бѣглецовъ отъ одного свѣтскаго владыки своей епархіи къ другому, онъ не стѣснялся нарушать слово, если то было въ интересахъ Москвы. Въ 1368 г., когда шла болыпая распря среди Тверскихъ князей, митрополитъ Алексѣй именемъ малолѣтняго великаго князя Димитрія позвалъ въ Москву на третейскій великокняжескій судъ спорившихъ князей, особенно Михаила, на сестрѣ котораго быпъ женатъ Ольгердъ. Митрополитъ «снялъ страхъ» съ князя Михаила, т.-е. обѣщалъ ему свободный пріѣздъ и выѣздъ изъ Москвы послѣ суда. Но во время суда князя Михаила схватили, посадили въ темницу, и выпустили только послѣ того какъ онъ отказался отъ части своего удѣла въ пользу Москвы. Князь Михаидъ ушелъ къ Ольгерду разгнѣванный, съ ненавистью противъ Москвы и ея коварства. Надо было ожидать, что Ольгердъ заступится за брата своей жены, и митрополитъ Алексѣй благословпяетъ спѣшную постройку каменныхъ стѣнъ московскаго Кремля вмѣсто воздвигнутыхъ Калитой дубовыхъ, сильно пострадавшихъ отъ огромнаго пожара, испепелившаго Москву. Вще въ 1366 г. стали готовить въ подмосковныхъ Мячковскихъ и другихъ каменоломняхъ камень; зимой 1366 —67 гг. возили заготовленный матеріалъ въ Москву, а весной 1367 г. были заложены и начаты постройкой первыя каменныя стѣны московскаго Кремля. Для стройки прежнихъ деревянныхъ не ломали, т. к. и на короткое время не хотѣли оставить Москву безъ крѣпости: каменныя стѣны возводили внѣ деревяннаго города, снаружи его, отступая мѣстами саженъ на з» слишкомъ отъ деревянныхъ стѣнъ. Когда деревянныя стѣны отъ ветхости развалились, площадь московскаго Кремля оказалась значительно увеличившейся. Еле поспѣли каменныя стѣны, какъ имъ пришлось выдержать первое осадное крещеніе. Побужденный обиженнымъ въ Москвѣ родственни9 1
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4