^—^^—— возвѣстить ему, что «no Бозѣ бяше дѣло его, еже творитъ». Такъ откристалпизировался въ народномъ представленіи позднѣйшихъ поколѣній, ощущавшихъ пподы политики Калиты, характеръ дѣятельности первыхъ Московскихъ князей, Ивана Калиты прежде всего, потому что своей дѣятельностью онъ завершалъ мелкую хищыическую дѣятельность своего отца и брата, не выходившую за предѣпы очень узкихъ желаній примыслить къ своему удѣлу тотъ или иной кусокъ; съ другой стороны, быпъ провозвѣстникомъ новыхъ основъ въ политикѣ Москвы, когда интересы характера государственнаго начинаютъ преобладать надъ интересами чисто хозяйственными. Въэтомъ смыслѣ особое значеніе пріобрѣтаетъ тообстоятельство, что Иванъ Даниловичъ принялъ титулъ великаго князя всея Руси. Такъ величали себя еще Тверскіе князья, когда обладали великокняжескимъ Владимірскимъ столомъ, но у нихъ это былъ титулъ безъ содержанія. Московскій же князь, облеченный властью собирать ордынскій выходъ со всѣхъ князей русскихъ, дѣйствующій во всемъ съ благословенія митрополита всея Руси, является княземъ всея Руси не по титупу только, a no дѣйствительному своему значенію. Это притягательное, объединяющее значеніе сказывается въ томъ, что со временъ Калиты начинается длинный рядъ переселеній въ Москву знатныхъ слугъ другихъ удѣльныхъ князей. Быше упоминапось уже, что въ Москву переѣхало много знатныхъ тверскихъ бояръ; лѣтописецъ разсказываетъ, какъ выѣхалъ въ Москву изъ Кіева нѣкто Родіонъ Нестеровичъ и привелъ съ собой 1700 отроковъ; при Калитѣ пришелъ въ Москву изъ Орды мурза Четъ, предокъ Годуновыхъ, а изъ Пруссъ якобы выѣхалъ знатный человѣкъ Андрей Кобыла, предокъ Романовыхъ. До насъ дошло немного памятниковъ, связанныхъ съ именемъ Калиты. Деревянпая Русь такъ часто горѣла и выгорала до-тла, что надо удивляться, какъ сохранилось и то, что сохранилось, Среди памятниковъ первое мѣсто занимаютъ, конечно, двѣ душевныя граматы (т.-е. духовныя завѣщанія) Калиты, написанныя имъ въ 1328 г. Въ этихъ граматахъ вепикій князь, «идя въ Орду, никѣмъ не нуженъ (не принуждаемый), цѣпымъ своимъ умомъ, въ своемъ здоровьи даетъ рядъ сыномъ своимъ и княгинѣ своей». Въ этихъ завѣщаніяхъ, распорядившись о такихъ важныхъ вещахъ, какъ наслѣдованіе земли и опека надъ младшими, Калита заботливо и тщательно, какъ хорошій хозяинъ-работникъ, горбомъ создавшій всякую мелочь своего домовитаго обихода, перечисляетъ всѣ эти мепочи, находя каждой своего наслѣдника, опредѣляя каждую на ея мѣсто: въ этомъ перечисленіи не забыто ничего по части посуды, украшеній, носильной одежды, или, по-тогдашнему, «портищъ»; тутъ и «чаши золоты съ жемчугомъ», бпюда и блюдцы золотыя, серебряныя съ камнями и простые кованые ковши, чары, пояса съ жемчугомъ, съ каменьями, на пгелку, на кожѣ, царевскіе, т.-е. ордынскіе, и фряжскіе, т.-е западно-европейской работы, шапки золотыя, бармы, гривны, т.-е ожерелья, обручи, т.-е. кольца, монисты, коробочки золотыя, сердоликовыя, кожухи, т.-е. шубы, червленый съ жемчугами, желтой объяри, соболій съ наплечниками и съ великимъ жемчугомъ и съ каменьемъ, скарлатное портипі;е и т. д. до самыхъ мелочей, и «5 (і
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4