торыя лежатъ за Болгою, —пшпетъ онъ, —по лричинѣ частыхъ болотъ, рѣкъ и обширныхъ лѣсовъ, нельзя разсчитывать разстояній». Сѣверные города Ростово-Суздальскаго края представлялись Герберштейну внѣдривпшмися въ область непропазныхъ лѣсныхъ дебрей. «Двѣ дороги,—говоритъ онъ, —идутъ изъ Москвы въ Бѣлоозеро: одна ближашпая, черезъ Угличъ, въ зимнее время, а лѣтомъ другая—черезъ Яроспавль. Таи Другая дорога неудобна по причинѣ множества болотъ, лѣсовъ и рѣкъ». «Вологда отстоитъ отъ Ярославля на 5° германскихъ милъ, отъ Бѣлоозера почти на 4°- Вся страна болотистаи лѣсиста, и чѣмъ дапьше идешь, тѣмъ болыпе встрѣчается непроходимыхъ болотъ, рѣкъ и лѣсовъ». Суздальскій край-, по свидѣтельству Герберштейна,и съ востока окружался огромными лѣсами. «Область Вятка,—пшпетъ онъ,—лежитъ почти въ 150 миляхъ отъ Москвы; кратчайшая дорога къ ней идетъ черезъ Кострому и Галичъ, но онатрудна, ибо кромѣ болотъ и лѣсовъ, которые затрудняютъ путь, между Галичемъ и Вяткою еще разбойничаютъ бродящіе тамъ черемисы». «Черемисы живутъ въ лѣсахъ около Нижняго Новгорода». «На востокъ и югъ отъ рѣки Мокши встрѣчаются огромные пѣса, въ которыхъ живетъ народъ мордва» и т. д. Всѣ эти пѣса, упоминаемые Герберштейномъвъ первойполовинѣ XVI в., существуютъи теперь. Нѣтъ, конечно, основаній думать, чтобы ихъ не было въ XII—XIII вв. Лѣса одѣвали, по свидѣтельству Герберштейна, и оба берега Оки, изобилуя медомъ, бѣлками, горностаями и куницами. Окаймленное со всѣхъ сторонъ огромнымии труднопроходимыми лѣсами, Залѣсье внутри также изобиловало лѣсами, но не непрерывными, a перемежающимися съ безлѣсными открытыми пространствами. Вольше всего лѣсовъ было на западѣ по Москвѣ-рѣкѣ, на верхней Клязьмѣ, по Дубнѣ съ Сестрою и далѣе на сѣверъ до Пахны. Линія тянувшихся здѣсь лѣсовъ оканчивалась на сѣверѣ знаменитымъ Ширенскимъ лѣсомъ, въ которомъ погибъ кн. Юрій Всеволодовичъ, спасаясь отъ татаръ послѣ пораженія на Сити. Пространства, лежавшія къ востоку, по Клязьмѣ и Волгѣ, были менѣе одѣты лѣсами, изобиловали открытыми мѣстами—полями. Таковы были—упоминаемыя въ лѣтописи Углече поле на Волгѣ, Юрьево поле, Белехово поле на рѣкѣ Колокшѣ, притокѣ Клязьмы. Изобипуя безлѣсными, открытыми мѣстами, названная часть Залѣсья имѣла и почву гораздо болѣе пподородную, чѣмъ московскій край въ тѣсномъ смыслѣ. Сравнительное плодородіе бассейна Клязьмы, илиобласти Владимірской, по сравненію съ Московскою бросалось въ глаза и Герберштейну, который отмѣчаетъ этотъ фактъ во своихъ «Комментаріяхъ». Въ XIV в. Владимірская область была территоріею, на которой московскіе князья покупали себѣ сепа и заводили собственное дворцовое хозяиство. Здѣсь же не мапо было селъ и впадѣній у митропопита и бояръ. Такая комбинація природныхъ данныхъ Запѣсья обусловила и первоначальное заселеніе этого края. Первые славянскіе копонисты, проникшіе въ этотъ край Веси и Мери, основали свои селенія въ тоймѣстности, гдѣ лѣса чередовались съ попями, гдѣ почва была наиболѣе плодородною. Такъ возникли древнѣйшіе города въ Суздальской землѣ—Ростовъ, Суз68
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4