Ho проходитъ какихъ-нибудь сорокъ лѣтъ (Данігоіъ сдѣлался Московскимъ княземъ въ 1283 году), икартина уже рѣзко мѣняется. Москва является резиденціею самаго сильнаго князя въ Суздальской землѣ, которому дается ярлыкъ на великое княжёніе. Въ 1327 году сѣлъ на великое кнжкекіе Владимірское Иванъ Даниловичъ Калита, и съ того времени съ Владищрскаго стола уже не сходятъ его преемники по Московекому княжеству. Вдадиміръ, первый городъ Суздальской земли, становится какъ бы придаткомъ Москвы, к позднѣйшій лѣтописецъ подъ впечатлѣніемъ этого факта пишетът дро Ивана Даниловича: «пришелъ отъ царя Азбяка (Узбека) изъ орды съ ножалованьемъ и съ великою честью на великое княжёніе Владимірское, и сѣлъ w« велгшомъ Княженьѣ въ Москвѣ, а столъ Владиміръ и иныя многія княжества царь Азбякъ далъ ему къ Москвѣ». ИтакЪ; возвышеніе Москвы совершилось въ короткое сравнихельно время послѣднихъ двухъ дееятилѣтій XIII и пёрвыхъ трехъ десятилѣтій XIY вѣковъ; Что же произошло за это время съ Москвою, что подняло ее такъ быстро на высоту? За это время совершилось перемѣщеніе населенія въ Суздальскомъ краѣ, и Москва, лежавшая въ мѣстности слабо населенной, очутилась въ мѣстности густо населенной, сдѣлалась центромъ наиболѣе многолюднаго княжества. Москва возникпа на западной окраинѣ такъ называемаго Зал-ѣсъя или Суздальской земли. Край этоТъ, совмѣщавшій въ себѣ бассейны верхней Волги до впаденія въ нее Оки и лѣвыхъ притоковъ послѣдней- —Москвы и Кпязьмы, представлялъ область, до извѣстной степени обособленную геотрафически отъ сосѣднихъ областей. Залѣсье отдѣлялось отъ сосѣднихъ областей лѣсными и болотистыми дебрями, раскиданными по окраинамъ либо его самого, либо сосѣднихъ областей. Такія дебри отдѣляли Суздальщину прежде всего отъ земли Черниговской. Черниговскій городъ Дьбрянскъ (нынѣ Брянскъ) своимъ именемъ ясно говоритъ, что область верхней Десны представляла въ древнѣйшее время, какъ отчасти и теперь, лѣсную дебрь. Таковою же несомнѣнно была и область притоковъ Оки— Жиздры, Угры и Протвы. Здѣсь между прочимъ лежали непроѣздные лѣса Брынскіе (Брынь—притокъ Жиздры), о которыхъ вспоминаютъ былины; здѣсь же возникъ впослѣдствіи, уже въ XIV вѣкѣ, городъ Боровскъ, въ своемъ имени включающій корень бор, и тянулись лѣса Боровскіе. Лѣса же, по верховьямъ Протвы и Москвы и на верхней Волгѣ, отдѣляли Суздальскій край отъ Смоленской и частью Новгородской земли. Смоленскъ даже въ XVI вѣкѣ, какъ свидѣтельствуетъ Герберштейнъ, опоясанъ былъ со всѣхъ сторонъ огромными лѣсами. —Къ числу ихъ принадлежалъ, между прочимъ, знаменитый Оковскій лѣсъ, упоминаемый въ начальной лѣтописи, тотъ самый лѣсъ, откуда вытекали Волга, Западная Двина, Днѣпръ и Ловать. Нѣтъ никакихъ основаній думать, чтобы въ начадьныя времена нашей исторіи дѣло обстояло здѣсь иначе, чѣмъ при Герберштейнѣ . To же самое справедливо и относительно Заволжья, которое представлялось Герберштейну почти сплошною лѣсною дебрью: «въ странахъ, ко- . • 6; 5*
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4