b000001427

лейбъ-гвардіи выбирались лучшіе люди изъ другихъ полковъ; сюда назна- чались за «полонное терпѣніе», т. е. вышедшіе изъ плѣна, за «кровную службу», т. е. за раны, за «язычные ириводы», т. е. за приводъ лазутчиковъ, Внѣшній видъ стрѣльцовъ былъ не такъ блестящъ, какъ видъ дво- рянъ Государева полка, но все-таки нравился иностранцамъ, и одинъ изъ нихъ даетъ такой отзывъ: «Это былъ все прекрасный народъ, превосходно одѣленный и оружіемъ, и одеждой». Стрѣльцы носили сперва желѣзныя шапки, а потомъ суконныя съ мѣховой опушкой и длинные кафтаны съ откиднымъ воротникомъ, при чемъ каждый полкъ имѣлъ свой цвѣтъ каф- тановъ: красный, свѣтлозеленый, темнозеленый, мясной, луковый, сѣро- горячій, лимонныи, брусничный, осиновыи, крапивныи и пр. Названія цвѣтовъ иногда такъ замысловаты, что трудно ихъ вообразить. Кафтаны на груди были украшены поперечными золотыми шнурами, которые были проще или роскошнѣе, смотря по чину. Оружіе стрѣльцовъ состояло изъ бердышей, которые они передъ собой втыкали ручкой въ землю во время смотровъ, изъ сабепь, изъ луковъ со стрѣлами, ко- торые потомъ были замѣнены пистолетами и пища- лями, очень тяжелыми и неудобными. Нѣкоторыя стрѣлецкія сотни имѣли мечи и копья и назывались сотнями копейщиковъ. При каждомъ полкѣ было нѣ- сколько пушекъ, обыкновенно пять, но прислуга при нихъ состояла не изъ стрѣльцовъ, а изъ пушкарей. Стрѣльцы распредѣлялись по полкамъ или при- казамъ, при чемъ число рядовыхъ въ каждомъ при- казѣ не было одинаковымъ: въ иномъ было болѣе тысячи человѣкъ, а въ другомъ менѣе пятисотъ. При- казы назывались по именамъ своихъ командировъ, напр., приказъ Василія Лутохина, приказъ Тимоеея Тетерина, и числились по номерамъ, і-й, 2-й, 3"й и т. д., означавшимъ старшинство, и въ случаѣ осо- быхъ заслугъ царь повышалъ номеромъ отличившій- Копейщикъ. ся приказъ. Во главѣ приказа стоялъ голова, назначаемый изъ дворянъ и подчи- ненный Стрѣлецкому приказу. Должность головы была настолько почет- ная, что въ торжественные дни за царскимъ столомъ всегда сидѣли одинъ или нѣсколько московскихъ стрѣлецкихъ головъ. Они получали помѣстья, а въ Москвѣ не только дворовыя мѣста, но и денежное пособіе на по- стройку дворовъ. Кромѣ того, имъ шло значительное ежегодное хлѣбное и денежное жалованье. Голова былъ почти полнымъ хозяиномъ въ своемъ приказѣ, онъ даже судилъ подчиненныхъ ему стрѣльцовъ по всѣмъ ихъ искамъ другъ на друга и по уголовнымъ дѣламъ, исключая наиболѣе ва- жныхъ, какъ то разбой, убійство и пр. Провинившихся голова могъ нака- зывать арестомъ, батогами и кнутомъ. Голова обязанъ былъ слѣдить, чтобы число стрѣльцовъ было «противъ государева указу» и набирать новыхъ на убылое мѣсто. Онъ раздавалъ имъ жалованье, назначая молодымъ меныпе, а старымъ больше, выдавалъ оружіе и слѣдилъ за его исправностью, 69