b000001426

■ •:■-:■ шш чт-обы они досматривали за самими старостами поповскими и десятскими и за всѣми священниками и дьяконами. И если поднадзорные окажутся не- исправными въ своихъ обязанностяхъ и не станутъ спушаться архимандри- товъ, игуменовъ и протопоповъ, то послѣдніе должны писать объ этомъ епископамъ, и тѣмъ поповскимъ старостамъ и десятскимъ священникамъ быть отъ святителей въ великомъ запрещеніи, по канонамъ (Cf огл., гл. бд). Если къ этому прибавить еще, что на монастырскихъ земляхъ было много церквей, въ которыхъ служило бѣлое духовенство, по вотчинному праву вполнѣ подчиненное судомъ й уггравлвйіеЩ впастямъ землевла- дѣльца - монастыря, то предъ нами ясно обнаружатся полная зависимость бѣлаго духовенства отъ чернаго и господствующее положеніе послѣдняго. Вообще говоря, положеніе зауряднаго приходскаго священника было тя- желое и въ матеріальномъ, и въ обідественномъ отношеніи. Въ разсматри- ваемый періодъ, когда процессъ закрѣпощенія сословій обезпичивалъ че- ловѣка, въ священникѣ уважали не стояько личность, сколько носителя бпагодати и обладателя священныхъ для москвичей предметовъ. У Олеарія мы находимъ по этому поводу характерное сообщеніе. Онъ разсказываетъ о скуфьѣ — «шапочкѣ, которую попы никогда днемъ не снимаютъ: это какъ бы священная принадлежность, и она имѣетъ великое значеніе. Всли кто ударитъ попа и при этомъ попадетъ по шапочкѣ или собьетъ ее съ го- ловы священника, тотъ подвергается бопьшому взысканію и долженъ за- платить попу безчестье. Но отъ этого попы не меньпіе получаютъ по- боевъ... Чтобы не тронуть священной шапочки, сперва бережно снимаютъ ее съ попа, затѣмъ поколотятъ его хорошенько, и снова бережно надѣ- ваютъ на него оную...». О подобномъ же неуваженіи къ личноети и сану священника разсказываетъ и Герберштейнъ, набпюдавшій Россію за сто лѣтъ до Олеарія. «Мы видѣли въ Москвѣ, — пишетъ Герберштейнъ, — какъ пубпично наказывапи розгами пьяныхъ священниковъ: они просятъ только, чтобы ихъ сѣкли рабы, а не бояринъ». Грозный на Стоглавомъ соборѣ ставилъ на видъ «святителямъ», что у нихъ въ епархіяхъ «десятники по селамъ поповъ продаютъ безъ ми- лости, и дѣла составливаютъ съ ябедниками, и церкви Божія отъ ихъ ве- ликихъ продажъ стоятъ многія пусты и безъ пѣнія...» (Гл. 5; вопр. 7)- Монахи находились въ сравненіи съ бѣлымъ духовенствомъ въ при- вилегированномъ положеніи хотя бы потом}^ что подлежали суду и упра- вленію своихъ же монастырскихъ властей, — архимандритовъ, игуменовъ, казначеевъ и др. Настоятели монастырей, назначаемые правитепьствомъ чаще всего изъ братіи того же монастыря, подчиняясь общему монастырскому уставу и режиму, а также считаясь съ мнѣніемъ остальной подначальной братіи, которая иногда изгоняла неугодныхъ настоятелеи, едва ли были суровыми судьями и управителями въ своемъ монастырѣ. Впрочемъ, административная и судебная власть ихъ не ограничивалась кругомъ монаховъ, но простира- лась и на все служилое и тягпое насепеніе монастырскихъ земель, въ судеб- номъ отношеніи «опричь душегубства, разбоя и татьбы съ поличнымъ». Надъ всѣми монастырями и приходами епархіи стоялъ архіерей, какъ 192