b000001426

самъ отличаетъ отъ своего стараго искусства особымъ терминомъ ф р я з ь, (т. е. искусство «франкскаго», или западнаго характера). Вще при Миха- илѣ Ѳеодоровичѣ появляются живописцы иностранцы, ко^орымъ поручается обучать русскихъ учениковъ; изъ поспѣднихъ многіе одновременно зани- маются живописью и иконописью. Кромѣ того, наблюдается наплывъ за- падно-русскихъ знаменщиковъ (рисовалыциковъ), а въ концѣ вѣка Кіевская ученость приноситъ свои художественные вкусы. Другимъ источникомъ фря- зи въ иконѣ и стѣнописи, и при томъ повсемѣстнымъ дпя Московскаго го- сударства, были западные гравюрные листы и пицевыя западныя библіи, особенно библія Пискатора, состоящая изъ гравюръ съ краткимъ стихотвор- нымъ латинскимъ текстомъ, который переводился южно-русскими и западно- русскими виршами. Въ 1653 году патріархъ Никонъ съ свойственной ему неумѣренностью выступаетъ противъ иконъ фряжскаго (вѣроятно, рѣзко- западнаго) письма: онъ отбираетъ даже изъ домовъ знатныхъ дицъ такія иконы и велитъ носить ихъ по Москвѣ съ выколотыми глазама, объявляя по царскому указу строгую кару за писаніе подобныхъ иконъ. Въ слѣ- дующемъ 1654 Г0 ЛУ) ъъ недѣлю Прайославія, онъ же, въ присутствіи царя, предаетъ анаѳемѣ всѣхъ, кто будетъ писать или держать у себя фряжскія иконы, и тутъ же всенародно подвергаетъ подобныя иконы уничтоженію, провозглашая имена вельможъ, у которыхъ иконы были отобраны. Пре- емникъ Никона патріархъ Іоакимъ продолжаетъ борьбу, словомъ и дѣломъ, противъ крайностей западнои, особенно нѣмецкой школы въ русской иконо- писи. Въ і668 году Алексѣй Михайловичъ издаетъ особый приказъ объ упорядоченіи иконописи и о надзорѣ за нею: государь узналъ, «что мно- гіе иконописцы пишутъ не по древнимъ образцамъ, а иконописцы холу- яне безграмотные пишутъ иконы безъ всякаго разсужденія и страха». При- казано было писать по древнимъ переводамъ, подвергать написанныя ико- ны «свидѣтельству» выборныхъ иконописцевъ; продавцамъ же разрѣша- лось покупать въ свои лавки у иконниковъ только свидѣтельствованныя иконы. Всѣ эти мѣры преслѣдовали религіозныя, а не художественныя цѣли и, не говоря о фактической невозможности подвергнуть дѣятельному контролю огромную территорію, могли путемъ страха устранить изъ об- ращенія только крайности: иконы и йконныя гравюры грубаго западнаго производства и близкія къ нимъ по направленію русскія подражанія съ грубыми чертами нѣмецкаго жанра. Безостановочнаго художественнаго вліянія западнои школы въ области композицій, движеній, позъ, выраже- нія ликовъ не могли и не имѣли въ виду остановить эти запреты. Эти заимствованія шли ускореннымъ темпомъ и быстро прививались въ виду уже указаннаго вырожденія стараго иконописнаго искусства. Вредъ этихъ заимствованій состоялъ въ слѣдующемъ: очень часто западное искусство вторгалось къ намъ въ видѣ ремесленныхъ образцовъ, а художественные образцы являлись въ манерѣ слишкомъ роскошнаго барокко: ремеслен- ныя и манерныя черты заимствовались всего легче. Но кромѣ очень сильнаго натиска и кромѣ элементовъ испорченнаго вкуса все это запад- ное искусство вносило и элементъ субъективизма — личнаго чув- ства и драматизма, своиственнаго западнои живописи, чуждаго безличному 31* 243