b000001420

I ______________________ ____ ПАТЙТКіГЪ НЙКОНТэ.' триганами, были задѣты въ своемъ самолюбіи суровымъ и умнымъ Никономъ; воспользовавшись прекращеніемъ дружбы царя съ .па- тріархомъ, бояре принялись всевозможными средствами травить не- кстати своего врага, не понимая, что этимъ они играютъ на руку тѣмъ элементамъ, которые были враждебны московскому едино- державію и нашли поддержку въ двуперстникахъ. Лока рели- гіозно-содіальное возстаніе исподволь охватывало, окраины госу- дарства и угрожало центральному правительству сильныии неуря- дицами, спѣсивые и надменные бояре собирались засудить мор- довскаго мужика, которому они были когда-то «выданы головою». Совмѣстно съ духовньши іерархами, не любившими Никона, по- становлено было созвать соборъ, но такъ какъ всѣ сознавали свое невѣжество и неснособность авторитетно рѣшить важный цер- ковный вопросъ, то обратились за содѣйствіемъ къ грекамъ, . ча- стенько наѣзжавшимъ въ богатую и хдѣбосольную Москву за но- даяніемъ. Византійскіе греки издавна славились, какъ ловкіе діа- лектики и опытные казуисты, готовые служить и нашимъ и ва- шииъ; во главѣ этихъ пришельцевъ быдъ умный пройдоха Паисій Іигаридесъ, носившій громкій титулъ газскаго митронолита и быв- шій, какъ кажется, «нривлеченнымъ» ордена іезуитовъ. Іеромо- нахъ Арсеній познакомился съ нимъ гдѣ-то за границеіо и указалъ на него Никону, какъ на образованнаго человѣка, который мо- жетъ быть полезнымъ при исправленіи книгъ; пригдашенный па- тріархомъ, Лигаридесъ пріѣхалъ тольковъ1662 г., уже послѣсо- бора, но быстро оріентировался въ новомъ подоженіи и сталъ во главѣ враждебнаго Никону духовенства, разсчитывая извлечь изъ этого матеріальную выгоду. Но еще до пріѣзда Лигаридеса открыдся 16 феврадя 1660 г. помѣстный соборъ въ Москвѣ, подъ предсѣдательствомъ Ппти- рииа, блюстителя патріаршаго престола. Съ тайнымъ содѣйствіеиъ греческихъ архіереевъ, среди которыхъ выдѣдядся Киридъ кипр- скій, подъ свѣжимъ впечатлѣніемъ ненависти, соборъ положилъ не только избрать новаго патріарха, но лишить даже Никона чести архіерейства и священства. Такое усердіе не по разуму емутило Алексѣя Михайловича, сознававшаго, что Никонъ виновенъ пе- редъ нимъ, свѣтскимъ монархомъ, но не передъ духовнымъ судомъ, и поэтому онъ обратился отдѣльно къ греческимъ «канонистамъ». Тѣ, соображая, откуда вѣтеръ дуетъ, не только одобрили поста- новденія собора, но еще подтвердили ихъ ссылками крайне сомни- тельнаго качества на Номоканонъ. Царь готовъ быдъ усту- пить,- какъ появился неожиданно защитникъ Никона; это быдъ