b000001325

sm; i. Г. K 0 P O Л E H K 0. 359 «Г-нъ статскій совѣтникъ Филоновъ! Лично я васъ совсѣмъ не знаю, и вы теня также. Но вы чи- новеикъ, стяжавшій широкую извъстность въ на- шѳмъ краѣ походами противъ соотечественниковъ. A я, писатель, піредлагающій вамъ оглянуться на краткую лѣтопись вашихъ подвиговъ» («Сорочин- ская трагедія»). Заработалъ оперативный ножъ. Забрызгали кровью факты. «Я кончилъ. Теперь, г. статскій совѣтникъ Филоновъ, я буду ждать. «Я буду ждать, что, если есть еще въ нашей стра- нѣ хоть тѣнь правосудія, если у васъ, у вашихъ со- служивцевъ и у вашего начальства есть сознаніе профессіональной чести и долга, если есть у насъ обвинительныя камеры, суды и судьи, помнящіе, что такое законъ или судейская совѣсть, то кто-нибудь изъ насъ долженъ сѣсть на скамью подсудимыхъ и понести судебную кару. Вы или я». Вы или я! Въ этихъ словахъ вся литературно-гражданская жиэнь Короленко; Изъ года въ годъ, изо дня въ день ищетъ онъ не только общей правды, но и част- ной справедливости, и вопросы правосудія — его излюбленная тема, которую - онъ смѣло ставитъ и въ художествѣ — перомъ, и въ окружномъ судѣ — защитательною рѣчью, и въ общественной жизни — обличительнымъ открытымъ письмомъ либо потря- сающимъ протоколомъ «Бытового явленія». Всюду. И — для эемли, и для символовъ вѣчности. Судит- ся жалкій чалганецъ «барахсанъ» Макаръ съ Вели- кимъ Тойономъ за неправый приговоръ. Судится чертяка съ Янкелемъ и Мельникомъ. Судится фи лософъ Сократъ съ богами Олимпа. И всѣ — съ ЬііиМІШМі-- 5Я mm%.*~:wsr.n