b000001325

312 Мутные дни. оставимъ батюшку «наутріе» и обратимся къ учи- тельницѣ. Разсказы г-жи Милицьшой, изданные «Знані- емъ», послужать мнѣ матеріаломъ. Въ чисто ху- дожественномъ отношеніи оии — не крупное, но пріятное явленіе: опрятное, мягкое, женское шгсь- мо, вдумчивое и старательное, памятующѳе старую истину, что «художникъ мыслитъ образами», но никогда не злоупотребляющее ею до невозможно- сти повѣрки образнаго мышленія логикою. Въ раз- сказахъ г-жи Милицыной есть нѣчто, несомнѣнно, свое. Она вышла не изъ литератуірнаго подража- нія — не изъ Горькаго, не изъ Андреева, не изъ Куприна, но изъ собствениой своей скроімной и спо- койнюй наблюдательности, можетъ быть, даже изъ личнаго дневника. Личность свою она совершенно спрятала за наблюденіе, «я» нигдѣ не звучитъ, на- рочной проповѣди не слышно, тенденціозной рету- ши свѣтотѣней не замѣтно. Смотритъ ласковая женщина на бѣлый свѣтъ и, не мудрствуя лукаво, доброжелательно описываетъ, какъ его видитъ, — по возможнос™ стараясь, чтобы выходило складно. Эта ооновная черта — объективной наблюдатель- ности — сейчасъ особенно важна миѣ въ г-жѣ Ми- лицыной: благожелательная свидѣтельница-очеви- дица для цѣлей моего очерка нужнѣе писательницы художницы. Наблюденія г-жи Милицыной даютъ картину. де- ревни отнюдь не болѣе свѣтлую, чѣмъ наблюденія г.г. Бунина, графа Алексѣя Н. Толстого и — въ другой категоріи — г. Родіонша. Напротивъ. Ту сумбурную схему, которую я выбралъ изъ всѣхъ поименованныхъ сочиненій изъ «Деревни» г. Буни^ на, г-жа Милицыта пополняетъ еще многими пун-