b000001325

274 Мутные дни. са» угостилъ семью, на него уповающую, такою вотъ выразительною сценою : ■ — Подавать завтракъ? Ахъ, это Варвара? Это немного опамятовало Чубинскаго. — Что вы говорите? — Подавать завтракъ, спрашиваю? — Завтракъ? — He надо. Вы не слышали? — Какъ не слышать ! . . Хх-а! — Господъ бьютъ, — жалобно пояснилъ Валерьянъ Сергѣевичъ и съ удивленіемъ замѣтилъ, что жирное тѣлй Варвары дрожить отъ подавленнаго смѣха. — Чего вы. — Я, да-а . . . И вдругъ тотъ смѣхъ прорвался. — Ха-ха! Бьютъ, пусть бьютъ .. . Ха-ха-ха! Будетъ, довольно барствовать — ха-ха-ха! Слава тебѣ Господи, дождались люди . . . Она даже перекрестилась, Лицо ея налились кровью, глаза вспыхнули, она упер- лась въ бока красными голыми по локоть руками и ша- талась отъ смѣха, какъ пьяная, а ея большая грудь пры- гала подъ засаленной одеждой. — Ха-ха-ха! а-ха-ха, Чубинскій даже схватился за столъ, чтобы не упасть. Этотъ смѣхъ ударялъ ему прямо въ липо. Что она говоритъ? Что-то невозможное и безсмысленное. . . Наталья Ивановна первая вскочила съ мѣста. — Вонъ! — вскричала она рѣзко и пронзительно. — Вонъ ! . . Она еще дѣтей моихъ зарѣжетъ ! . . Гони ее вонъ ! . . Оглушенный неожиданною выходкою кухарки, Чубинскій идетъ на кухию, чтобы объясниться съ Варварою, но — Хотѣлъ говорить и не могъ. Только смотрѣлъ. Большими глазами, . спуганными, острыми и не по обыкновенному зрячими. Охватывалъ ими всю картину и самыя мелкія детали. Увидѣлъ то, мимо чего ежедневно проходилъ, какъ слѣпой. Босыя ноги,