b000001325

Новый НАРОДЪ И ЕГО пѣвцы. Родюновщина. 267 Въ этотъ и грозный и мрачный періодъ городъ и деревня посмотрѣли другъ другу въ давненько таки не виданные глаза. Раньше городъ любовался де- реввею доволшо таки часто и много. Туда нѣкогда помѣстилъ онъ остатокъ своего идеалистическаго прекраснодушія. Некрасовская «Родина-мать» — это — ■ вѣдь, деревня и только деревня! Что такое землелюбіе «кающихся дворянъ», что такое, при- шедшее имъ на смѣну, народничество, какъ не уми- ленный штачъ новаго города по своимъ «родньшъ липамъ», какъ не дѣятельная .вѣра въ свой старыіі корень, окованный непреложною «властью земли»? Въ дввяностыхъ годахъ городъ преуспѣлъ и зазнал- ся. Народнтество обанкрутилось. «Властъ земли» вошла у насъ въ такую немилость, что мы не толъ- ко сами утратили вѣру въ деревенскій кондовый пластъ, который былъ надеждою предшествующихъ передоеыхъ покол г Ьній, но принялжъ уговаривать даже и самую деревню-то оставить свои эемляныя мечты и упованія. Это шло съ разныхъ сторонъ, но замѣчательно дружно. Новая религія и этика, устами Л. Н. Толстого, вопрошала изъ Ясной Поля- ны: много ли человѣку эемли надо? — и отвѣчала: три аршина. Реакція, перъями Мещѳрскихъ и К 0 , доказьгвала статистически, что никакой «черный передѣлъ» не подшшетъ деревенскаго благосостоя- нія даже на одно поколѣніе. Маірксисгы проповѣ- дывали, что деревнѣ — чѣмъ хуже, тѣмъ лучше — одинъ исходъ: конечная пролетаризація, коей и на- до добиваться, перетягивая крестьянство силою ра- стущихъ производствъ въ ряды городскихъ рабо- чихъ, на фабрики купца Семипалатова, либо, въ крайнемъ случаѣ, къ нѳму же на хуторъ — въ ба- траки по вольному найму. Новый босяцкій роман-